Резко отпускаю желанное тело, пока сам к нему снова не привык. С разворота получаю уже не первую оглушительную пощечину в своей жизни и пялюсь в вырез платья.
Наташа шумно дышит, щеки заливаются краской.
— Пошел вон! — указывает на дверь.
Озирается и тянется к цветам.
Я поднимаю руки. Сдаюсь.
— Эй, не психуй. Уже ухожу…
Замирает.
Покачав головой, перед тем как покинуть квартиру, тихо добавляю:
— Только цветы не трогай. Говорят, запах сирени нормализует сердцебиение…
Глава 20. Роман
— Наташа! — окликаю, выскакивая из подъезда и на ходу надевая куртку, когда удаляющаяся спина начинает скрываться из виду.
Слышит, потому что вижу, как шаг ее сбивается. Но не оборачивается. Обхватив висящую на плече сумку, продолжает топать в сторону метро.
Зараза."
"Я читал о беременности на досуге. Хочу быть вовлеченным хотя бы теоретически, поскольку Гайка ближе, чем на расстояние пушечного выстрела не подпускает. Здоровается, разговаривает, но улыбка и глаза холодные как лед.
Поэтому, что она ощущает и какие изменения претерпевает ее организм, пытался узнать из статей. Так вот, там сказано, что все девять месяцев женщина находится под влиянием гормонов. Она может быть сентиментальной, впечатлительной, иногда необъяснимо грубой и отстраненной.
Глупо, конечно, искать причины отношения Наташи ко мне в ее теперешнем состоянии, но понимать ее мне жизненно необходимо. Поскольку нет больше того притяжения, что связывало нас раньше. Надо выстраивать заново, и если придется воспользоваться ее беременностью , я это сделаю.
— Да, стой ты!... — догоняю и, взяв за плечо, разворачиваю к себе лицом.
Гайка изображает удивление и вполне правдоподобное, однако плотно сжатые губы выдают с головой. Побег не удался.
— Что случилось?
Мы останавливаемся и перекрываем движение на узком тротуаре. Нас толкают, а я утопаю в ее лучистых глазах. Ломает, когда вот так рядом, а касаться нельзя.
— Давай довезу. Ты куда?
— Я на метро, Ром.
Дергает рукой, но я нахожу ее запястье и ощутимо сжимаю, заявляя, что сбежать не выйдет.
— Сказал же, довезу.
Веду ее, сопротивляющуюся, за собой обратно во двор, где припаркована моя машина. Вот это удачно я сегодня вернулся домой за забытыми второпях документами.
— Я сама... это совсем недалеко...
— Тем более, — оборачиваюсь, — Какой смысл таскаться по метро и собирать вирусы в эпидсезон?
Снимаю тачку с сигнализации и открываю для Наташи дверь. Садится, уколов острым взглядом. В ответ подмигиваю.
— Куда тебя?
— В поликлинику.
— В поликлинику? Зачем?... Сердце?
— Плановый осмотр других врачей, — отвечает ровно, — Стоматолог, окулист, невролог.
Припоминаю, что видел направления среди бумаг, что она присылала мне на почту.
— Я записал тебя к кардиохирургу. Прием послезавтра. Видела уведомление?
— Да, спасибо.