Автор
Подлые желания и супружескую усталость взмывают на поверхность, когда женщина вынуждена сохранять спокойствие перед бывшим мужем. Снежана не может скрыть своего разочарования в обжорстве любовника, но старается поддерживать дружескую иронию — это новая стратегия для ее новой жизни после развода....
Чем больше о ней думаю, тем явственнее чувствую, как от перенапряжения у меня в глазах начинают лопаться капилляры. Рука сама тянется к телефону. Быстро набираю номер своего кадровика:
— Милана Андреевна, необходимо, чтобы вы срочно сделали одну важную вещь!
— Конечно-конечно, Игорь Викторович! Что нужно? — тут же отзывается она.
— Сейчас на работу пришла наш кондитер, Снежана Мальцева. Увольте ее! Немедленно! Я хочу, чтобы уже через пять минут и духу ее не было!
В трубке слышится резкий кашель.
— Простите… Вы же сами приказали трудоустроить ее официально, не дожидаясь конца испытательного срока. Зачем сейчас увольнять?
— Это лишний вопрос!
— Но что мне ей сказать…
— Скажите — по моему приказу! Я жду! Пять минут… И если вы не справитесь за это время, я уволю уже вас! Время пошло…
Кладу трубку, удобнее устраиваюсь в автомобильном кресле и буравлю взглядом дверь ресторана. Готовлюсь увидеть позорный уход Снежной королевы.
Проходит минута, две, три…
Глава 50.
Снежана
«Так, сначала за вещами или в отдел кадров? А вдруг сразу не отпустят, заставят отрабатывать две недели… Тогда скажусь больной и уйду на больничный с последующим увольнением. План? План!»
Строю хитроумные планы и молюсь, чтобы не встретить в коридоре Мальцева или, того хуже, Алпатова. Я не выдержу еще одного, полного ненависти, взгляда Большого Босса… Мне в тот ужин хватило с избытком.
Решаю всё же сначала заглянуть в отдел кадров, прежде чем забрать из своего шкафчика скудные пожитки в виде расчески, косметички и милых сердцу мягких кожаных балеток, которые носила на кухне.
— Можно, Милана Андреевна? — стучусь в приоткрытую дверь.
Наш кадровик, милая толстушка с пышными рыжими волосами, сегодня выглядит как-то чересчур хмуро, даже более хмуро, чем в день, когда принимала меня на работу.
«Наверное, у нее что-то случилось…»
— Снежана Мальцева? — спрашивает она строго.
— Да, я… Так можно?
— Я как раз хотела вас вызывать… — шумно вздыхает она.
— Зачем? — тут же настораживаюсь."
"Милана Андреевна краснеет под цвет своих волос, даже тональный крем не очень-то спасает дело, или просто плохо подобран тон. Она пристально меня оглядывает, еще больше хмурится и вдруг начинает тараторить:
— Это не в обиду Светлане Дмитриевне, вашей подруге.
