Ты отказываешься?
Подвохом тут пахло за километр, но я не видел иной возможности. Даже если Дмитрий вдруг попытается меня убить, в своих силах я уверен….
— Я сам приду к тебе. Мне потребуется минут пятнадцать.
— Не сразу. — не стал отрицать Дмитрий. — Сначала мы поговорим.
— Хорошо, я буду ждать.
Надо понимать, что это вряд ли инициатива Дмитрия, его сюда направил лич. И. судя по всему, меня ждет весьма неприятный сюрприз. Вот только, сильно подозреваю, этот сюрприз ждет меня вне зависимости от того, какое решение я приму. И в таких неопределенных ситуациях лучше быть в сердце бури. Там, по крайней мере, есть возможность на что-то повлиять. Пф… Кажется, я становлюсь склонным к дешевому пафосу?
— Он приближается. Мы можем скрутить его…
— Нет, пропустите. Сначала узнаем, зачем он вообще пришел.
— Дмитрий? — двинулся я навстречу. Расстояние — не только безопасность.
— Когда-то меня звали именно так. Или это тело? У меня не осталось ни ника, ни способностей, ни даже свободы воли. Только разум и воспоминания. Как ты думаешь, этого достаточно?
Кажется, не только я склонен сегодня к дешевому пафосу. Вот только, несмотря на витиеватые слова, для него это явно был весьма актуальный вопрос. Разум, запертый в мертвом теле.
— Стой! Ещё шаг, и разговора не будет.
Я остановился, чуть не добравшись до зоны удара. Впрочем, я и отсюда могу атаковать почти мгновенно…
— Ты — это ты. Кто мы, если не разум?
— Душа? — отозвался рыцарь. — Вполне возможно, моя уже давно в алтаре Одина. Возможно, истинный я уже обрел новое воплощение?
— Тогда отныне вас двое.
— Или, возможно, душа погибла, а это мертвое тело — всё, что осталось?
— Так даже хуже. — Дмитрий запнулся. — Неважно, отныне моя цель — служить Господину. Переключись на наш старый канал связи.
Все происходящее попахивало дурными голливудскими фильмами. Вот только…
… ситуация близка к развязке, а, значит, слова уже ничего не решают.
— Тебе никогда не добраться до Алтаря! — сообщил мне лич. — Ты будешь страдать! Ты своими руками убьешь своего друга, а затем умрешь! Действуй!
Последнее было сказано уже не мне. Дмитрий взмахнул рукой, и перед ним материализовался смутно знакомый рюкзак. Ядерный фугас…
Боль в боку утихла, но на душе было на редкость погано. Опустившись на колено возле тела, я не заметил никакого детонатора. Значит, сигнал должен был прийти извне? Мало того, готов поклясться — я не успел, к тому моменту, как я убрал фугас в хранилище, десять секунд уже истекли. Вздохнув, я вытряхнул бомбу на землю, но никакого шепота не появилось. Вывод только один — из-за барьера Кассандра не смогла замолчать, ведь с точки зрения внешнего мира, этого часа не существует.