Возможно, я мог бы предложить цену, но… нимб над моей головой тоже не светился, а обещать золотые горы за жизни неизвестных мне гоблинов? Которые сами при случае с удовольствием выпустили бы мне кишки?
— Нет. Я смог выторговать лишь несколько имен. Хаш, Динар и Реб…
Новости прозвучали… не слишком оптимистично. Похоже, мои «инвестиции» провалились, целиком и полностью. Хотя, называя имя гоблина, некогда именованного мной во второй миссии, я вообще всерьез не ожидал, что он действительно окажется в этой группе. Мир — тесен.
— Спасибо за информацию. Зачем вы вообще вернулись?
— Лично я — хотел восстановить свою честь. Прошлый поход провалился, но я выжил. Жрецы сказали, что это или проклятье или знак. Я должен был попытаться вновь, и, похоже, это всё же проклятие. Мои воины мертвы, а я… опять жив. Может быть, даже доживу до того момента, как барьер падет и орды чудовищных тварей спустятся в наш мир…
— Не торопись оплакивать свой мир. Всё ещё может измениться…
— Как? Ты сам воскресишь Великого Ы?
— Вряд ли, но у нас нет цели уничтожать гоблинов.
— Почему я должен тебе верить? Мы находимся в небольшой деревушке, и как думаешь, сколько из местных ещё дышат? Мужчины, женщины, дети… мертвы все. Таково ваше «милосердие»?
Я замолчал, не зная, что на это ответить. За детей даже не давали опыт, какой смысл был их убивать? Из милосердия, чтобы они не умирали от голода? Да и может ли принц быть уверен в их смерти? Вряд ли ему провели экскурсию. Впрочем, что я вообще могу сказать в такой ситуации? Пресловутое «это война»? Или «это месть»? Гоблины вели себя с нами не лучше, но те, кого вырезает Брахман — вряд ли к этому причастны. Пусть даже и не из-за высоких моральных принципов, а лишь из-за отсутствия возможности. Просто легкий путь прокачки… путь, которому я в свое время предпочел встречу с нежитью. Пусть и маскировал его логическими аргументами…
— Ты знаешь, что находится в храме? — всё же попытался я. — Можешь рассказать о ключе?
— Чудовище близко и вряд ли одобрит, если я расскажу больше. Так что закончим на этом. Прощай…
Даже эта троица сумела забрать шестнадцать жизней. Ещё шестеро погибли в мелких стычках с нежитью. Раненых было тоже немало, так что целителям пришлось поработать. В целом — допустимые потери, по крайней мере, пока в этом списке нет тебя самого или знакомых. Настроение — ни к черту. И причина была веская — двадцать второе марта. День рождения. Сколько раз я гадал, доживу ли до этого дня? Каким он будет? Похоже, настало время гадать о том, как я встречу свой следующий день рождения. Год… бесконечная бездна времени. Интересно, такие мысли посещают меня одного? Если учесть размеры нашего отряда, тут каждый день у кого-то день рождения…
— Командир. — подбежал один из солдат.