Мир окрасился в черно-зеленые цвета, с примесью красных тепловых пятен, однако двигаться это практически не мешало. Жаль только нежить по своей температуре мало отличалась от окружающей среды, так что полагаться приходилось на внимательность и призрака-разведчика. Хотя риск его потерять в таких условиях резко повысился — двум невидимкам не так-то просто друг друга найти, да ещё и в темноте. К счастью, функционал ереси позволял отсылать сообщения, обозначая точки встречи. Но всё равно…
И радиацию — тоже. Дозиметр несколько раз начинал пищать, предупреждая, что параметры слегка превысили норму. А ведь дуй ветер в другую сторону, эти территории могли вообще избежать заражения.
Почти восемь часов в пути, с редкими паузами на восстановление маны, изрядно вымотали, так что рассвет я встречал с радостью. Виртуальная карта и вполне физический компас давали оценить пройденное расстояние — километров тридцать пять, весьма неплохо.
На короткое время я замер в высшей точке. Хотя здания, по мере приближения к центру, становились всё больше, набранной высоты хватило, чтобы оглядеться и обнаружить вдалеке характерную башню.
— Ну конечно. Твою же…
Впрочем, ничего действительно важного Кир выдать не сможет — стратегическими планами я с призраком никогда не делился и с другими их в его присутствии не обсуждал.
— Легион! — я дотронулся до сумки, выпуская ворона.
— Там же, где и раньше. Призрачные башни ведь на тебя не действуют, верно?
— Башни? Да, это так.
— Кира засосало в одну из них. Мы сможем его вытащить?
— С прошлого раза мало что изменилось. Нужно дать ему тело или разрушить формацию башни.
— Как я и думал… Ладно, возвращайся пока в сумку.
Требовать от Легиона самолично выкопать и разрушить пластины я не стал — и не потому, что у него лапки. Для начала нужно разведать и оценить ситуацию. Вполне возможно, что башня пуста и всё что мне потребуется — войти внутрь и забрать Кира. Если, конечно, его к тому моменту не сожрут товарищи по несчастью. В буквальном смысле этого слова…
Наушник тревожно пикнул, передавая очередное предупреждение.
Откровенно говоря, глядя на ситуацию, мне всё меньше хотелось шуметь. Помимо непонятной магии, на крыше гнездились сотни костяных птиц. Некоторые из них взлетали, некоторые — возвращались. Так что, с определенной долей иронии, это место можно было обозвать «голубятней». Вот только зачем совмещать такое место с башней призраков? Вопрос, на который у меня нет однозначного варианта — только гипотезы.