Меня это точно не касается. Своего дерьма выше крыши.
— В общем я чего приехал, — сунув руку в нагрудный карман пиджака, достаёт мобильный. — Контакты мне продиктуй клиники, в которой ЭКО должно было быть проведено. И всех лиц, кто к косяку причастен. Имя репродуктолога обязательно. Я так понимаю у тебя с этой биологической мамашей один врач? Инсеминацию она же проводила?
— Она же, — подтверждаю хмуро. Лезу в комп и с сайта клиники диктую Стасу фамилию гинеколога. — Ты ради этого приехал ко мне в офис? Мог по телефону узнать.
— Да я здесь рядом у тебя тачку в сервис поставил. Закрасить “Козла”, которого мне эта стерва нацарапала... В общем ладно, — вскочив со стула, идёт к выходу. — Я там кое-что проверю по своим каналам и на днях тебе отзвонюсь. Инна, — открыв дверь, улыбается Александровой. — Моё предложение на счёт работы в силе. Звоните в любое время.
Достаёт из кармана визитку и протягивает её девушке, но я вырываю её у него из рук и отшвыриваю в рядом стоящую урну.
— Работай, Александрова, — бросаю на секретаршу тяжёлый взгляд. — Не отвлекайся.
К четвергу мое состояние ухудшается. Голова все больше кружится, а тошнота теперь преследует с утра до утра. Поэтому, когда я отправляюсь к врачу на запланированный визит, паника уже цепко держит меня за горло. Я уже что только ни придумываю относительно моего здоровья и здоровья малыша. Мне очень страшно, что врач скажет что-нибудь плохое, а страх только усугубляет плохое самочувствие.
Воронцов отпустил меня с работы без вопросов. Только проворчал, чтобы я ему рассказала о визите в клинику все до мельчайших подробностей, чего я делать, конечно же, не собираюсь.
Из-за тошноты и головокружения решила раскошелиться на такси. На метро слишком долго, и я боюсь просто свалиться по дороге.
Врач ждет меня к девяти. Надеюсь, что не услышу ничего страшного. Чтобы немного успокоить нервы, достаю из сумки фотоаппарат и начинаю просматривать фото, которые недавно сделала. Я часто их смотрю, когда тревога начинает стучать по вискам. Это, в самом деле, очень помогает. Красота и нежность, а именно их я обычно стараюсь запечатлеть, действуют успокаивающе.
Но в этот раз успокоения не наступает, потому что через несколько фотографий я натыкаюсь на фото Воронцова, которое сделала у магазина в загородном комплексе. Его тяжелый темный взгляд, направленный в мою сторону, сейчас смотрит на меня с экрана фотоаппарата.