Она сегодня в офисе когда над столом нагнулась, я чуть не охренел, потому что это ни черта не одежда для беременных. И беременные вроде не должны выглядеть так… Так, млять, что слюни во рту собираются!"
"– Глеб Викторович… – хрипит Александрова, еле шевеля бледными губами, когда я кладу руки на пуговицы блузки. – Что… вы делаете?
– Скафандр с тебя снимаю. Очнулась? – осторожно расстёгиваю первую пуговицу, затем вторую.
Костяшки пальцев невольно касаются груди девушки. Я шумно сглатываю и продолжаю раздевать Инну, которая то приходит в себя, то отключается.
– Не нужно… Я сама… – шепчет, на миг распахнув ресницы.
– Успокойся. Я просто хочу, чтобы тебе стало легче. Сама ты сейчас вряд ли на что-то вообще способна, Александрова.
Она тихо вздыхает и слегка выгибается под моей рукой. Видимо, хочет повернуться или сбросить мою ладонь, но сил не хватает. И выходит абсолютно не то… Мои пальцы в итоге тесно прижимаются к мягкой полной груди девушки.
Я делаю шумный вдох через нос и зажмуриваю глаза, но они будто сами собой распахиваются и упираются взглядом в бело-розовое полупрозрачное кружево, обтягивающее плавные изгибы полушарий. И, возможно, в каком-то бреду я чуть смещаю руку, будто невольно, пока не касаюсь пальцами твёрдого соска, выпирающего под мягкой кружевной тканью белья.
Глава 43
Глава 43
Глеб
Во рту мигом пересыхает.
Вдохнув поглубже, убираю руку и зажимаю пальцами переносицу. Какое-то время не двигаюсь и стараюсь не смотреть на Александрову. Всё как-то слишком резко изменилось. Ещё недавно Инна меня только раздражала, а сейчас я всё чаще ловлю себя на мыслях, которые в принципе не должны были появиться по отношению к ней.
Это надо как-то пресекать.
Девчонка без сознания, беременна моим ребёнком и чувствует себя, мягко говоря, паршиво. Сейчас не самое подходящее время, чтобы оценивать её как женщину, и уж тем более прикасаться к ней.
Поднимаюсь с кровати и иду в ванную, где включаю холодную воду, чтобы ополоснуть лицо и освежить голову. Затем возвращаюсь обратно к девушке и как можно быстрее расстегиваю её блузку до конца и ослабляю молнию на юбке. Переодену уже после приезда скорой.
Пока врачи не приехали, укрываю Инну одеялом, нахожу в ящике комода несколько платков, один из которых мочу тёплой водой и слегка протираю лоб и щёки Александровой. Потом в кухне ставлю чайник и проверяю холодильник.
Охренеть, блин, вообще ничерта нет у неё. И я ничего купить не успел. Ладно, сегодня закажу доставку, а завтра уже куплю продукты.
Скорая приезжает минут через десять. К этому моменту Александрова так и не приходит в себя, что чертовски меня тревожит, и начинает беспокоить ещё сильнее с каждой новой минутой.