В шокированных глазах читательницы ясно видна решимость и неумолимый факт — она беременна, а ее босс подозрительно в курсе этого обстоятельства. Четкое объяснение и результаты анализов говорят о том, что ситуация серьезная и требует немедленного решения.
Сглатываю слёзы от жалости к мальчику. Он так много потерял и так много испытаний прошёл. За что? Почему он, Бог, решил так поступить с ним? С невинным ребёнком? Разве он этого заслужил?
– Я в папу! – гордо отвечает он. – Так ты поедешь с нами? Пожалуйста. Я всегда буду тебе с Розой помогать!
– Что? Правда вещи собирать? – бросаю взгляд на Назара, лишь бы не смотреть в глаза сломленного ребёнка. Иначе заплачу. – Я из-за тебя уже раз четвёртый переезжаю, негодяй ты этакий! Злости на тебя не хватает! – бурчу на него, делая вид, что не хочу улыбнуться и признаться, что мозги мне прочистил маленький мальчик.
И почему мы раньше не встретились?
Перехватываю у него Розу и хочу уйти в комнату, но рык за спиной даёт мне понять, что какое-то время моя дочь будет ползать в мокрых трусиках. Видите ли, у её отца немного крышу сорвало от моего прощения и согласия на переезд.
Точно больной!
И знаете… всё-таки хорошо, когда в доме есть взрослый, всё понимающий ребёнок. Хоть младшего заберёт, пока один бывший босс-негодяй свою будущую жену целует и слова сказать не даёт.
Именно жену! На другой статус не согласна! Теперь только жена и мать его детей!
– Я люблю тебя, – шепчет Назар. – И больше не подведу! Никогда! Обещаю!
– Ага, – вторю ему, с высокомерным видом заявляя: – Иначе накажу…
Эпилог
Восемь лет спустя
– Ну… ну… ну… – тихо говорит Виктор, сжимая руки в кулаки. – Давай! Ещё немного и… Умница! – довольно вздыхает и, наконец, расслабляется. – Победа точно наша, – объявляет нам с Назаром через плечо и вновь переключает всё внимание на нашу гимнастку.
– Мне кажется, или он болеет за неё больше, чем мы? – шёпотом спрашиваю мужа, с которым сижу на заднем ряду. На первый нам не позволили сесть, чтобы не загораживать вид главному фанату юной гимнастки Розы Садовской! Ну и не закрывать вид на плакат, который он заказал, чтобы поддержать её.
– Мне кажется, мы вообще в этой семье лишние, – заговорщицки отвечает мне Назар, явно подкалывая сына. – Ты не замечала?"
"– Есть такое, – произношу громче, чем следовало, чем заслуживаю недовольный и осуждающий взгляд болельщика.
Бросаю взгляд на Давида Есенского. Такое официальное имя у моего мужа. На человека, которого я когда-то полюбила, а затем выбила для нас эту любовь. Мужчину, которого не прекратила любить даже после якобы его смерти. Негодяя, который вернулся и… заставил меня забыть в один момент о том, как ужасно со мной поступил.
