В шокированных глазах читательницы ясно видна решимость и неумолимый факт — она беременна, а ее босс подозрительно в курсе этого обстоятельства. Четкое объяснение и результаты анализов говорят о том, что ситуация серьезная и требует немедленного решения.
Для них ты спишь…
Он мёртв…
Назар мёртв…
Но мой малыш жив… Он выжил! Выкарабкался! Не бросил меня одну…
Его ребёнок жив…
– Прости, – шепчет Алиса, и что-то тяжёлое опускается на мою голову, начиная нежно и заботливо гладить. – Тебе нужно ещё немного поспать и прийти в себя. Когда ты очнёшься – мы поговорим. Обязательно поговорим! Но сейчас поспи, Насть. Наберись сил, которые помогут тебе со всем справиться. Тебе и малышу. Я рядом… Я не дам тебя в обиду. Не дам обидеть, даже тебе самой… Спи… Я рядом…
***
– Насть, – тянет Алиса, устало вздыхая.
– Я не хочу, – шепчу, глядя в окно. – Нет аппетита.
– Какое значение имеет сейчас есть у тебя аппетит или нет, – не выдерживает девушка. – Ешь через не могу! Хотя бы десять ложек! Я тоже так не могу, Насть, – опускается на стул передо мной. – Я понимаю, что тебе больно, что Назар умер, но у тебя остался его ребёнок! Частичка Назара! И ты в память о любимом должна позаботиться о вашем с ним ребёнке!
– Алис, мне больно.
– А мне не больно? – хмыкает, вытирая слезу. – Пусть я не любила Назара и не была с ним близка. Но он был частью моей жизни. Он был членом нашей семьи. Поверь, его уход из жизни для меня тоже боль. Но я держусь! И тебе не дам сдаться.
– Алис, а вдруг он специально меня бросил, потому что знал, что умрёт? – выдавливаю из себя то, что в мыслях уже несколько дней. – Вдруг он лгал мне? Чтобы не сделать ещё больнее своей смертью?
– Я не знаю, Настюш, – шепчет моя «сиделка», которая за все эти дни ни на шаг от меня не отходит.
– Он меня любил, – киваю. – Дана сегодня придёт?
– У папы сегодня переговоры до ночи. Матвея не с кем оставить, а с ребёнком в больницу нельзя, – отвечает, взяв меня за руку и сжав её. – Но я с тобой.
– А Рустам? Почему он не приходит? – интересуюсь, решив сменить тему. – Ты ему не разрешаешь?
– Нет, Насть, – вздыхает и отпускает взгляд.
– Ясно, – лишь могу произнести и вновь ухожу в себя, вспоминая, как мы с Назаром дурачились в машине. Как «дрались» за то, какую музыку включить. Как Назар ворчал, когда я специально включала свои «розовые» песенки про любовь. Как якобы обижалась и возмущалась, когда он включал свои песни.
