В шокированных глазах читательницы ясно видна решимость и неумолимый факт — она беременна, а ее босс подозрительно в курсе этого обстоятельства. Четкое объяснение и результаты анализов говорят о том, что ситуация серьезная и требует немедленного решения.
– Поэтому я не волновался, – рассказывает. – Она скоро к нам переедет? Я бы хотел с ней познакомиться.
– Я работаю над этим, – глажу Виктора по голове. – Ты сделал всё из того списка, что я тебе прислал?
– Сделал всё, сэр! – отчитывается.
– Позавтракаешь со мной? – предлагаю ему.
– Да, – кивает и прижимается ко мне, обнимая. – Я бы не отказался от тостов с тунцом.
– Сейчас сделаем, – обещаю ему, обнимая паренька в ответ.
– Спасибо, пап, – дарит мне искреннюю улыбку, от которой сердце щемится. – Я надеюсь, что Настя к нам скоро тоже присоединится, и мы уволим Эмму, наконец.
– Так и будет…
***
Весь день пытаюсь дозвониться Насте, но на том конце меня беспрестанно встречает автоответчик. Голос робота оповещает, что абонент находится вне зоны действия сети и не может подойти к телефону.
Не удивительно! Ведь у меня только её рабочий номер, а не личный. Рустам отказался дать, а мой человечек только к утру сможешь добыть эту информацию.
Виктор замечает моё нервное состояние и пытается как-то поддержать, как делал это на протяжении двух лет, но его попытки развеселить меня больше не действуют.
Тогда он предлагает поехать в место, где мы обязательно встретимся с моей фигуристкой, и поговорить с ней. Рассказать о том, что я не мог приехать в Россию из-за него. И Виктор это подтвердит. Поможет мне, потому что он желает мне счастья и любви с любимой и Розой, которую он хочет увидеть и подружиться. Подержать на руках и дать соску.
Да, у него странные желания, но они у него наконец-то есть.
Вечером, следуя своему плану и совету сына, еду в клуб.
Такая светлая и влюблённая была. А сейчас… ледяная колючая роза.
– Кофе, – опускаю на её стол стаканчик с ещё горячим напитком, зайдя в кабинет без стука. Отчасти это теперь и мой кабинет. – Латте, – добавляю, замечая её нахмуренный взгляд.
– А второй мне, полагаю? – вякает её помощник Алексей Головатин, который до этого сидел на диванчике и о чём-то рассказывал Садовской.
– Обойдёшься, – кидаю ему.
– Лешь, возьми мой, – предлагает ему моя обиженная женщина и поднимает взгляд на меня, оправдываясь. – Я сейчас не пью молоко и не увлекаюсь молочными продуктами. У дочери аллергия на что-то из моего рациона. Пытаемся выяснить, чтобы в будущем исключить.
