Автор
В Ребенке от лучшего друга Ксении Богда жуткая правда о том, что надежды и защиты никто не заботится. Тон голоса автора мягок, но с долей издевки к теме, которая переворачивает жизнь главной героини - ее отчаянная ночь, переполненная тьмой и страхом, становится поворотным моментом....
– Ну серьезно, Лель, – обхватывает мое лицо ладонью, – выходи за меня замуж, а?
Делаю задумчивое лицо.
– Так уж и быть, Орлов, кому такой клоун еще нужен будет? А я с тобой как-никак больше десяти лет страдаю.
– Серьезно? – синие глаза снова загораются, но на этот раз торжеством. – Боже, да!
Мне на палец водружают весьма милое колечко и награждают поцелуем.
– Спасибо, – шепчет возле моих губ.
– За что?
– За то, что согласилась терпеть такого клоуна.
Фыркаю и обхватываю его за шею.
– Тебе спасибо, и прости, что я такая невыносимая была, – надуваю губы и невинно хлопаю глазами.
– Хочешь прогуляться? – обольстительно улыбается Макс.
– Очень, просто мечта...
– Эй, а я думал твоя мечта – это я, – бьет себя в грудь кулаком и ухмыляется.
–О, ты мой самый сокровенный сон, – заговорщицки подмигиваю и направляюсь в комнату, чтобы не терять драгоценного времени.
Стягиваю футболку с намерением принять быстрый душ и ощущаю на себе тяжелый взгляд. Поворачиваюсь и замираю при виде опирающегося на дверной косяк Макса.
Вскрикиваю и прикрываюсь футболкой. Дыхание замирает, а я не могу пошевелиться: жду его дальнейших действий. Сердце маленькой птичкой трепещет в груди, но я не отвожу глаз.
– Лель, – он отталкивается плечом и делает несколько медленных шагов ко мне, а я теснее прижимаю ткань к телу, хоть все тело и вибрирует от его взгляда и хищной походки, – а как ты себя чувствуешь?
Вопросительно заламывает бровь и возобновляет приближение. И вот он уже плотно прижимается ко мне.
– А что? – глупо хлопаю глазами, не совсем понимая, к чему он клонит.
Мозг растекается от того, что я вижу в глазах Макса: желание, жажду. Или мне просто кажется?
– Ну, ты нормально себя чувствуешь? Не тошнит? Живот не болит?
– Так, Орлов, ты не отвертишься от моего выгула, – упираю палец в его грудь, застигнутая врасплох такой догадкой.
Он ухмыляется, а я захлопываю рот. Футболка из моих рук волшебным образом исчезает, а я только и могу открывать и закрывать рот.
– Я и не отверчиваюсь, просто...
Что там просто, он не договаривает, потому что я оказываюсь опрокинутой на кровать, и Макс нависает сверху, приникая к губам жарким поцелуем.
По телу проходит дрожь, потому что я прекрасно осознаю, что этот поцелуй не закончится просто так. И сердце радостно ударяется о грудную клетку. Макс обхватывает мое бедро, вжимаясь между ног.
