Ты останешься здесь. Тебе ведь нравится смотреть на меня? На расстоянии, не дотрагиваясь?
— Злата, — двинулся угрожающе вперед.
Обнаженный вид девушки никак не вязался с тем, чтобы ""смотреть, но не трогать!""
— Стой! — вытянула она руку. — Коснешься меня — и я буду считать, что ты меня не услышал. Не услышал — равно плевать на меня. Плевать на меня — и я близко не подпущу тебя к себе!
— Нечестные правила, — выдавил, сверля ее жадным взглядом.
Каждый вдох давался с трудом, словно горло сдавило раскаленными тисками. А девчонка будто сильнее затягивала свою шелковую удавку на моей шее:
— Вот самого себя ласкать можешь, — добавила игриво. — Не запрещается.
— Быстро учишься! Но не тому. Совсем не тому, чему надо.
— У меня хороший учитель, — улыбнулась она.
Завела руки за голову, скручивая волосы в пучок и открывая потрясающий вид на красивую упругую грудь.
Сжать бы ее сейчас в ладонях. Податливую, нежную. Покатать сосочки между пальцев, провести языком по вершинке, наблюдая, как закатываются глаза от удовольствия у моей девочки. Как выгибается, требуя продолжения.
Картинка мгновенно сложилась в голове и так же быстро рассыпалась на мелкие осколки, стоило вспомнить условие, поставленное Златой.
— И? — облизнул пересохшие губы. — О чем будем беседовать?
Девчонка развернулась ко мне спиной. Наклонилась, потянувшись к крану, и аппетитно выпятила попу. Как раз под тем углом, под каким удобно было бы пристроиться к ней сзади.
Возбуждение крепло не по-детски, постепенно достигая своего максимума, и в фантазиях я уже проникал в нее, фантомно ощущая сжатие стеночек лона на своем члене, их пульсацию… Долго я так вряд ли смогу продержаться.
Злата выпрямилась, отрегулировала температуру воды и шагнула в ванну. Встала боком. Так, чтобы хорошо были видны и грудь, и ягодицы, и плоский животик.
— О тебе. — Злата направила струю душа на себя, и первые змейки-дорожки из воды, извиваясь, побежали по сливочно-нежной коже.
Сглотнул, представив, с каким удовольствием оказался бы сейчас рядом с ней, пробуя на вкус это порочное искушение, что сейчас с издевательским наслаждением наблюдает за моей реакцией из-под полуприкрытых ресниц.
— Тебе помочь? Намылить спинку? — отозвался хрипло.
— Спасибо. Я сама.
Она выдавила на руку жидкое мыло, растерла между ладонями и медленными движениями заскользила, размазывая пенку, по телу. Поглаживая, останавливаясь на интимных местах, лаская пальцами и заставляя меня скрипеть зубами от тянущей боли в яйцах.
— Ты специально меня провоцируешь? Я ведь могу и включиться в игру!
Я все-таки не выдержал. Сжал член у основания и пару раз прошелся по всей длине, чувствуя, что еще немного и выстрелю без всяких манипуляций.
— Я не играю с тобой, Артур. И никогда не играла.