Автор
Тея погружается в кошмарную сцену, где картина заставляет ее чувства растворяться как лед, оставляя лишь крошки воспоминаний. Сжигаясь от страха и душевного горения, она словно теряет связь со своим телом, ощущая себя запертой внутри собственного страдания. Лишь слёзы на сухих щеках предвещают ее незримое присутствие в этой атмосфере безвыходности и ужаса....
— Я всё решу, только не думай, пожалуйста, ни о чём, хорошо? — Тея качает головой, утыкается мне в грудь. — Ты от меня больше никуда не денешься, — даю ей обещание, которое обязательно сдержу. По-другому просто не может быть.
В кармане звонит телефон. Достаю его одной рукой. На дисплее светится “Мама”.
— Привет, мама. С тобой всё хорошо? — звонок от родительницы кажется мне странным. Обычно я ей всегда звонил.
— Привет, сынок, — слышу родной голос. — Со мной всё хорошо.
— Как ты себя чувствуешь? Ты ходила на обследование? Что говорят врачи? — мне нужно убедиться, что кризис миновал, и сейчас с моей мамой всё хорошо
— Сынок, врачи говорят, что мне стало лучше, поэтому тебе не стоит так беспокоиться.
— Хорошо. Мам, я сейчас не в стране, как приеду, отправлю тебя в санаторий. Как тебе такая идея?
— Ян, это же дорого.
— У меня есть деньги. Успокойся, — пока разговаривал с родительницей, малышка в моих руках не шелохнулась, только крепче вцепилась в меня, словно боялась потерять.
Я не уйду от тебя никогда, Тея.
Глава 22
Тея
Результатов мы ждали три дня. Мне кажется, это были самые длинные три дня в моей жизни. Я была вся на нервах, хоть и постоянно со мной рядом был Ян, который старался меня успокоить и вселить веру в то, что всё будет хорошо и мы со всем справимся. Я верила, но червячок сомнения всё же ел меня изнутри, и от этого становилось ещё страшнее.
С Яном мы не стали ближе, но в то же время не отдалились. Несмотря на то, что он мне сказал тогда, я всё равно понимала, что дома в России его ждёт жена, которая его любит.
Бергер видел мои сомнения и так же хмурился, как и тогда в больнице. Пытался поговорить, чтобы наконец расставить, так сказать, все точки над и, но я отнекивалась, понимала, что всё равно это ничего не изменит.
Зная мою сестру-близняшку, понимала, что ничего хорошего не будет. Она не даст нам быть вместе, настроив против нас с Яном наших родителей.
Спали мы вместе, прижавшись к друг друга. Нет, близости между нами не было, но внутри неизменно царило тепло, даря мне успокоение и покой. Я наслаждалась этим, понимая, что у нас не так много времени. Но даже этим минутам я была рада, благодарна, что они у меня есть.
