— Да что, черт возьми, происходит?!
— «Ишо тва виски мля», — прочитал Расций и присоединил грязную бумажонку к пачке остальных, что держал в левой руке. Затем помахал перед носом надушенным платочком и вновь посмотрел на Копыто: — Ты писал?
— Не помню. — Уйбуй умильно улыбнулся. — Ваще не помню, в натуре.
— Если нет, то не я, в натуре.
— Пытаешься меня надуть?
Копыто тщательно осмыслил происходящее, после чего выдал неутешительное:
— Дык, вроде бесполезняк, кажися.
— В натуре, бесполезняк, — подтвердил Расций и тут же, опомнившись, поправился: — Меня не обманешь!
Расций управлял самым грязным (в буквальном смысле слова) заведением Тайного Города — родовым кабаком Красных Шапок «Средство от перхоти», что располагался непосредственно в Южном Форте. В Бутово Расций наведывался нечасто, здоровье берег, однако, когда появлялся, не забывал устроить показательную порку наиболее злостным неплательщикам. Сегодня под раздачу попал Копыто. И вовсе не потому, что задолжал больше других сородичей, — Расций мог учинить расправу над любым дикарем, поскольку все обитатели Южного Форта были должны «Средству от перхоти», — а в силу лени. Вчерашняя вечерняя пирушка плавно перетекла в ночную, затем в раннеутреннюю, после чего сомлевший Копыто не обнаружил в себе сил оставить кабак и завалился спать под стол, где уже храпели Контейнер и еще несколько бойцов. А утром уйбуя повязали. Тепленьким и дурно пахнущим.
— Тридцать расписок за две недели!
Копыто шмыгнул носом.
— У тебя что, денег не было?
— Деньги я тоже приносил.
— А почему расписки не оплачивал?
— Кто же долги возвращать станет, пока наливают? — удивился уйбуй. — Что я, больной, что ли?
— А какой ты? — осведомился Расций, повторяя операцию с надушенным платочком.
Копыто подвигал плечами и сообщил:
И в этом была правда.
Нанятые Расцием Гниличи вытащили уйбуя из-под стола, обыскали, отобрали оружие, связали и поставили к стенке, как раз напротив главной кучи мусора Южного Форта, аккурат под великофюрерским портретом. Сами теперь толкались позади Расция, многозначительно потряхивая дробовиками.
Вообще-то в Южном Форте предпочитали вешать, а не расстреливать, однако сейчас готовилась не государственная экзекуция, а частная, можно даже сказать — коммерческая, что допускало отступление от общепринятых правил.
— Ты знаешь, сколько должен?
Копыто посопел, после чего осторожно осведомился:
— Кучу, — подтвердил Расций.
— У него еще машина есть, — услужливо сообщил кто-то из Гниличей. — Вон стоит, квадратная.
Конец покосился на заляпанный грязью «Мерседес», подумал и приказал:
Гниличи, которые уже мысленно унаследовали машину неудачливого уйбуя, приуныли.