Автор
Я стояла перед белой тарелкой из любимого сервиза, думая: расколотить её о пол или осторожно поставить на стол, где уже дымится вкусный соус голубцов в томате. Моя жизнь кипела наполненной сладостями и нестабильными моментами до самого ужина.
Просто хотел спросить: как ваше самочувствие после вчерашнего?
Я опасливо помедлила с ответом.
-И всё? Думала уже, что мне придётся в пижаме ехать на какую-нибудь очную ставку...
Захар Игнатьевич рассмеялся.
-Ну нет, я решился с этим чуть-чуть обождать, денёчек. Потому что вам всё-таки нелегко пришлось. Ставка необходима, вам придётся встретиться с подозреваемой в ближайшее время.
Я перебила его, зажмурившись.
-Да-да, я понимаю, конечно.
Он облегчённо выдохнул.
-Я надеялся на ваше понимание.
-Захар Игнатьевич.
Следователь покряхтел на том конце провода.
-Да всё понятно: ему жалко, вам жалко, а кто-то очередной улетит потом с моста, и ему не повезёт как вам. Давайте степень вины этой дамы будут решать другие люди.
-Ну хорошо. Спасибо.
Мы попрощались.
Я убрала на кухне, помыла кастрюльку из-под каши, сложила остаток в судок, перемыла тарелки, вилки и убрала их по местам.
Кухня была самым уютным местом в этой огромной квартире, как мне показалось.
Щёлкнул замок.
-Лилия, а я решила забежать домой до того, как забрать Пашку из школы. Посмотреть, как вы тут. Вдруг заскучали на чужом месте. Ну и покупки сложить.
Я, совершенно естественным движением взяла у женщины пакеты из рук, и мы принялись вместе раскладывать их по местам. То есть раскладывала она, а я помогала. Конечно я поняла, что чужой человек вряд ли появлялся здесь, в квартире, раньше, поэтому женщина переживала.
Женщина обернулась и посмотрела на меня. У неё на самом деле был какой-то очень строгий взгляд. Такие, пожалуй, встречались мне на экране фильмов годов шестидесятых-пятидесятых. Тогда у многих были вот именно такие очень строгие глаза.
Сложив морковку в овощной ящик, и принимаю из моих рук две коробки кефира, она кивнула.
Хорошо, Лилия, говорите. Можете задать даже не один вопрос.
Я твёрдо взглянула на неё
-Нет Мария Кирилловна. У меня на самом деле, действительно, только один вопрос: почему у Паши такие странные представления об отношениях его родителей? что между ними случилось? Я спрашиваю не ради любопытства, - чуть торопливее пояснила я, - мне очень хочется знать, почему ребёнку так тревожно? Откуда у него такие странные мысли об отце?
Мне показалось, что домоправительница чуть поджала губы. -Лилия, я понимаю ваш вопрос.
