Автор
Я стояла перед белой тарелкой из любимого сервиза, думая: расколотить её о пол или осторожно поставить на стол, где уже дымится вкусный соус голубцов в томате. Моя жизнь кипела наполненной сладостями и нестабильными моментами до самого ужина.
Слава прислал картинку с охапкой желтых лилий, подписав её: “Как леди относится к бокалу красного сухого перед сном?”. Отвечать ему всё ещё не было желания. Я решила, что дождусь звонка - если он будет, и выясню всё, что меня беспокоит. Перед глазами всплыло лицо его жены - нежное, печальное, с милой улыбкой. Нет уж, если у них не расставлены все точки в отношениях, то никаких бокалов красного сухого.
Я написала Гуревичу: “Привет, Данечка. Извини, что не сразу ответила - первый день на новой работе.
Даниил как будто сидел с телефоном, ожидая моего ответа - две галочки о прочтении тут же окрасились в голубой цвет.
“Лилечка, я могу тебе сейчас позвонить?”
Бармен принес еду, а кроме неё на маленьком блюдечке пирожное корзиночку.
-Это от заведения, чтобы вы улыбнулись, - проговорил он смущенно и убежал.
-Спасибо большое! - крикнула я ему вслед и сама набрала Горыныча.
-Лилечка! - завопил тот обрадованно. Я так и увидела, как он при этом взмахнул одной рукой и поправил круглые очки.
-Привет, Даня. Почему ты вдруг решил написать? Это Сёма тебя попросил?
Горыныч фыркнул возмущенно.
-Стал бы я для него…Просто волнуюсь за тебя. Конечно, Семён рассказал, что вы разбежались. Где ты устроилась? Почему не позвонила мне?
Я посмотрела на пиццу. Мне хотелось остаться наедине с ней. В Даньке всегда было столько заботы…несколько душноватой, если честно."
"-Данечка, давай потом созвонимся, ладно? У меня всё хорошо, правда.
Отделавшись от него клятвенным заверением, что позвоню ему вечером и всё расскажу, я наконец-то приступила к пицце.
У меня оставалось ещё полчаса, чтобы вернуться на рабочее место, и радовало только то, что клиентов на сегодня больше не было.
А вот к Насте у меня возникло много вопросов.
Глава 10
После работы я поехала домой в одиночестве: за Настей приехали какие-то подружки, и она усвистала с ними в клуб. Ну ничего, поболтаем позднее. Пусть расскажет, насколько она была в курсе скользкой стороны деятельности их элитного салона.
Но мне теперь определённо нужно было решать: оставаться в салоне или нет. Конечно, всё что я увидела и узнала, говорило о том, что мне там явно не место. С другой стороны…
Когда я позднее рассказывала Галке во всех грязных подробностях, как прошел мой первый трудовой день, я даже наслаждалась её бурной реакцией. Наверное, нервное напряжение отпускало, и меня разбирал безудержный смех.
