– Много сдалось за последние дни? Мне пришлось общаться только с теми, кого мы взяли в первые дни.
– Нет. Несколько десятков из тех, кто пытался прорваться из крепости. Среди них нет ни одного офицера или политрука. В основном унтер-офицерский состав из артиллеристов и пехоты.
– Из погранохраны кто есть?
– Нет. Захвачено на Северном острове несколько раненых из 132-го батальона НКВД. Скрывались в казематах и подвалах разбитых строений. Отстреливались до последнего патрона. В их оружии было всего по несколько патронов. Взять удалось лишь из-за того, что они ослабли без воды и еды. Им повезло, что солдаты их сразу не расстреляли. Командиры подразделений очень разозлены потерями. Поэтому стараются не рисковать своими людьми.
– Возможно, что они из отряда русских, прорвавшегося 26 июня через Северные ворота, или группы прикрытия?
– Я тоже так думаю, приказал оказать им медпомощь. Когда придут в форму, можешь допросить. Кстати, ты не рассказал о своих успехах в лагере.
– Особо хвастать нечем. Номера частей гарнизона, корпуса и армии. Список их командиров и офицеров. Контингент пленных не тот. В основном мало что знающий рядовой состав. В большинстве своем из сельской местности, с начальным образованием. Представь себе, что они автомашины и велосипеды только в армии увидели.
– Что ты хотел – это Россия. У них всегда было плохо с образованием.
– Согласен. Офицерский состав тоже откровенно слабый. С четырьмя-пятью классами образования. Многие даже не окончили военные училища, все, с кем встречался, выпускники шестимесячных краткосрочных командирских курсов. Правда, имеющие полное среднее образование. Знающих немецкий или иные языки практически нет. С высшим образованием что солдат, что офицеров очень мало.
– А как же тот лейтенант, что мы с тобой видели?
– Ну, мы с тобой это уже обсуждали. Он выпадает из общего числа виденных ранее.
– О нем что-то удалось узнать?
– И да и нет. Из тех, кого мы взяли в плен до 26-го числа, о нем мало кто знает. Известно, что он один из наиболее активных офицеров обороны. Его подразделение действовало на участке от Холмских до Тереспольских ворот и в районе Трехарочного моста. Под его руководством то ли рота, то ли несколько рот прекрасно подготовленных солдат. Большинство из которых снайперы, массово вооруженные русским автоматическим оружием. Несколько пленных, добровольно перешедших на нашу сторону, утверждают, что видели у них и наше оружие – винтовки и пулеметы. Ведомственная принадлежность непонятна.
