Пара человек сломали себе руки и ноги, но тренировки из-за этого легче не стали. Летуны совместно с егерями искали в лесу площадку под полевой аэродром. Сюда я собирался в случае успеха перегнать часть трофейных самолетов. Они могли бы, действуя из засады, уничтожать вражеские бомбовозы и тылы немцев. Но это все дальние планы, и воплотить их в жизнь можно будет только в одном случае – взяв аэродром.
Стоит признать, что, захватив его, всех проблем не удастся решить. Неизвестно, смогут ли летчики поднять в небо немецкие борта. Хоть и утверждает Паршин, что ему несколько раз приходилось сидеть в кабине пассажирского «Ю-52» и слушать объяснения немецких и наших пилотов и что он сможет поднять машину в небо. Но одно дело сидеть, другое – пилотировать. Та же проблема и по освоению остальных немецких самолетов. Мы не знаем, в каком состоянии пленные летчики и смогут ли они управлять самолетами. Да и вообще есть ли среди пленных летно-подъемный состав. С самими самолетами не все ясно. Ведь совершенно неизвестно, в каком состоянии наши трофейные машины и сколько из них можно будет использовать. Я, конечно, уверен, что у нас все получится на земле, но смогут ли летуны воплотить мою воздушную программу? Если не получится взлететь ни одному борту, то придется сворачиваться, собрав максимум трофеев и освободив пленных. Затем всем кагалом рвать когти в пущу и сидеть себе мирно, периодически совершая налеты на немцев. До следующего года, пока здесь не появится партизанское движение, или пробиваться с боями к своим.
Человек, строивший оборону аэродрома, рассчитал все правильно. Своими решениями он решал сразу несколько задач ПВО, ПТО и защиты аэродрома от пехотного нападения. Для того чтобы выполнить эти задачи, он привлек достаточно сил и средств. Даже с избытком. Весь упор обороны сделан на средства ПВО. Именно они будут нашими основными проблемами. Были бы они в одном месте, накрыли бы их артиллерией и всех дел, но орудия и пулеметы рассредоточены по всему аэродрому. Личный состав дежурной смены всегда на месте. Несмотря на кажущуюся расслабуху, по тревоге быстро займет свои места, и тогда наша атака станет извращенным способом самоубийства. Зенитчики так же спокойно отобьются и от атаки брони. Пехота тоже в одном месте не сидит. На постах вокруг аэродрома дежурит около взвода. Любой из часовых способен поднять тревогу. Не стоило сбрасывать со счетов пилотов, механиков и солдат роты АО.