Река Хронос — читать онлайн бесплатно полностью

Мученик был гневен, он махал длинными руками, не думая, что его могут услышать прохожие, и в любой момент, как показалось Коле, в его руке мог сверкнуть булат.

В то же время он был нестрашен, как распустивший перья чибис, старающийся отвести от гнезда куда более крупного хищника.

— Простите, — Коля не выносил, когда ему начинали указывать, особенно те, кого он считал стоящими ниже себя, — какое вы имеете право так разговаривать со мной?

— Право любви! — воскликнул Мученик. — Право страданий!

В своем пафосе Мученик был забавен, и Коля великодушно простил его.

— Не суетитесь, — сказал он. — Я уеду. Кончу дела и уеду. Мое отношение к Раисе чисто приятельское — она приютила меня на несколько дней.

— Вы даете мне слово? — воскликнул Мученик. — Вы искренне не претендуете на ее руку? Вы не увезете ее с собой?

Театральность этих восклицаний выходила за пределы разумного. Или Мученик был сумасшедшим, или ломал комедию.

— Слово джентльмена, — сказал Коля, полагая, что Мученику приятно такое выражение, ибо джентльмены дают слово только себе подобным.

— Замечательно, — заявил Мученик куда более трезвым голосом. — Видите лавочку, мы сейчас посидим на ней и выкурим по папироске. У меня хорошие папиросы — я только что привез их из Керчи. Мне приходится немало ездить.

Они уселись на лавочку под каштаном. Было тихо, мирно, никакой революции в этом садике не намечалось.

— Я человек двухслойный, — признался Мученик. — Внешне я солидный и респектабельный торговый посредник. В душе — страстный революционер и романтик. Я еду делать свои дела и зарабатывать деньги. Это для обычных людей. Затем я переодеваюсь, меняю личину и оказываюсь одним из самых страшных революционеров Крыма!.. О нет, не смотрите на меня так, господин прапорщик! Я сам никогда никого не убил, но я организатор. Люди подчиняются мне, не подозревая чаще всего, что оказываются игрушками в моих руках.

И Мученик показал Коле свои руки — руки музыканта или хирурга. Очень красивые руки.

— У меня прекрасные руки, — сказал Мученик. — Меня долго учили музыке. Считается, что ребенок из небогатой еврейской семьи должен учиться музыке. Я ненавидел ее. Я перекусывал струны в пианино. Я уже в пять лет стал из-за этого революционером. В десять я устроил котел с супом, который упал на голову учителю музыки. Его увезли в больницу с тяжелыми ожогами. Вот так.

— Тридцать. Но я проживу еще шестьдесят. В моем роду все страшно живучие.

— Она обязательно согласится, — сказал Мученик, запуская пальцы в буйную вороную шевелюру. — Я люблю ее. Я люблю ее безумно и готов ей все простить.