Молодые реконструкторы надевают форму времен Великой Отечественной войны, но что происходит, когда чужая история становится личной? История о том, как игра в прошлое может изменить будущее и заставить пересмотреть собственные убеждения и истины.
Мы с ним перебрасываемся какими-то репликами, обсуждаем всевозможные события, о которых, надо полагать, хорошо осведомлены. Но на этот раз здесь присутствует и новый персонаж. В отличие от всех нас, одетых либо в германскую форму, либо в форму РККА, на нем незнакомая мне пятнистая одежда. Чуть мешковатая, она скрадывает очертания фигуры незнакомца. Незнакомца? Отчего-то я уверен в том, что знаю и его. Пятнистый пока не вмешивается в разговоры, греет руки о кружку с чаем, из которой иногда прихлебывает. Он в возрасте – старше любого из нас. Не участвуя в разговорах, незнакомец тем не менее внимательно к ним прислушивается. В те моменты, когда он двигается, наливая себе чай или что-то поднимая с земли, замечаю его непривычную манеру передвижения. Он словно бы скользит вдоль какой-то линии. И от этого очертания его тела иногда смазываются, и пятнистый на секунду «выпадает» из поля зрения, будто бы бледнея на фоне окружающих. Но я не удивляюсь этому, такая манера движения мне отчасти знакома. Я даже уверен в том, что и сам могу делать что-то похожее.
А вот пробуждение было совсем неприятным – меня кто-то укусил! Ей-богу, поклялся бы, что комар, но укус существенно слабее. Да и какие комары в апреле?
Чертыхнувшись в сердцах, приподнимаюсь и хлопаю себя по шее. И замечаю сидящего рядом бойца, который прожаривает над костерком свою гимнастерку. В голове словно щелкает: вшей изводит. Вот кто меня куснул… Нет, такого подарка мне не нужно категорически!
Встаю и ищу глазами коренастого. Похоже, он тут за главного, вот с него и начнем…
Он сидит у костра и тряпочкой протирает патроны к винтовке. Кстати, надо будет у них малость позаимствовать боезапаса: у меня же винтовка без патронов стоит – непорядок!
– Утро доброе! – присаживаюсь я на подтащенный поближе к огню разлапистый пень.
– И тебе здравствовать, – спокойно отвечает мой визави.
– Познакомимся, может быть, все-таки? А то не дело это – вроде и не вместе идем…
– Отчего нет? – пожимает он плечами. – Только мы-то все уже промеж себя насквозь перезнакомились, времени хватало…
– Ага, стал быть, я один остался? Тады – Красовский я, Максим Андреевич. Из разведки, снайпером там был. Да что ж я просто так-то говорю? Вот! – И на свет божий появляются мои документы.
А вот это – риск! На фото в комсомольском билете изображен лопоухий парнишка лет шестнадцати, весьма отдаленно на меня похожий. Правда, исходя из тех же документов, мне сейчас лет на пять-шесть побольше, так что я просто обязан выглядеть старше.
