В мирное время, хмурое утро перерасталось в ненастную смену дня. Но среди этих туч и густых облаков скрывается нечто особенное: на передовой появляется командир-реконструктор Александр Сергеевич Конторович, готовый исследовать подкрадывающиеся надежды в захваченных городах. Его миссия – расставить все точки над "i", прокладывая путь для будущей победы, независимо от текущих туманов войны....
Допрос?
Похоже…
Конвоир отводит нашего командира в сторону, и к ним подходит егерь с пистолетом.
Указывает старшине на бревно – мол, садись. Сам легко опускается на корточки напротив. Здоровый и сильный мужик, моща из него так и прет.
– Вы есть командир? – на неплохом русском языке спрашивает егерь.
– Ну…
– Что есть «ну»?! Отвечайт!
– Я… я командир.
– Звание?
– Старшина.
– Гут! – кивает немец. – Тогда вы обязаны отвечайт офицеру. Кто напал на конвоиров из охранный баталион?
– Иди ты…
Егерь стремительно выбрасывает вперед руку! Блямс!
– Лотар, подними его.
Напарник немца поднимает с земли Корчного и пихает его на бревно.
– Еще раз. Кто напал на конвоиров? У вас их шинели и оружие.
– Мы…
– У вас нет машинпистоле… автоматов, да! Кто стрелял в конвоиров?
Старшина молчит. Сплевывает кровь, скопившуюся в уголке рта.
– Не хотеть говорить?
Корчной не отвечает.
– Так. Коммунистен?
– Нет… русский я… с вас хватит.
– Ага! – Немец даже повеселел. – Лотар!
– Яволь!
– Выведи его наверх.
– Так… может быть, попросту здесь его грохнуть? Они еще и увидят!
– Нет, Лотар! То, чего не видишь, – всегда страшнее, чем события, которые наблюдаешь! Пусть они помучаются перед смертью неизвестностью! Да и кроме того, такие, как этот русский, иногда что-то кричат патриотическое перед смертью. Всю картину нам испортить может.
– А кого в лагерь приведем?"
"– Ну мы же не всех тут перестреляем! Одного – двух – прочие окажутся более откровенными!
Напарник кивает:
– Яволь!
Толкает старшину прикладом.
– Ауфштейн! Подымайсь!
Командир встает. Как-то боком, припадая на одну ногу.
– Марш!
Фридрих его сейчас поведет… Значит, один из фрицев вылезет наружу?
Угу… интересный расклад…
Но все оказывается иначе – конвоир свистит.
И неподалеку от меня раздается звук шагов.
Часовой!
Екарный бабай – я его не усек!
А он здесь один или пост парный?
Трещат кусты, немец особенно не скрывается.
А вот и он…
Неслабый такой мужичок – пудов шесть в нем точно есть. Винтовка в здоровенных руках выглядит легкой тростинкой.
– В чем дело? – интересуется прибывший.
– Этого русского надо расстрелять.
Здоровяк пожимает плечами и сбрасывает предохранитель.
– Не здесь… Отведи его куда-нибудь… не особенно далеко.
– А чем это место не подходит?
– Надо, чтобы другие этого не видели.
Фридрих кивает:
– Хорошо.
Подталкивает старшину прикладом.
