В мире личных владений и тайных коридоров, где каждый звезды имеет свой собственный небосвод, де Аль-Империал — шеф Поль Гарселя, наблюдает за своим клиентом с интересом. Внезапно разрываются улицы, как струны в гитарном ансамбле, а Гарсель улыбается, растворяясь в весеннем свете и легкометражке. Здесь каждый шаг и каждая отмеченная метка имеют значение....
— Приятно, что вы меня понимаете, мистер Камерон.
Камерон не ответил, глядя на гобелен.
— Я, конечно, понимаю, что… деньги придется вернуть, но, видите ли, в чем дело, часть из них я уже потратил на восстановление здоровья. Дорогие процедуры, знаете ли.
— Процедуры нынче не дешевы, — согласился Камерон, который знал, что на его деньги генерал Роджерс купил большой загородный дом с бассейном, куда чуть ли не ежедневно возил проституток и массажисток.
— Я буду отдавать долг постепенно. Вы не против?
— А что мне остается? — Камерон пожал плечами.
— Никаких активов, увы, — развел руками генерал и даже шмыгнул носом. — Тридцать лет оттрубил и… никаких тебе радостей в жизни, никакой недвижимости… Вот она, благодарность государства, за которое… Ну вы сами понимаете.
— Понимаю, генерал, понимаю. Поезжайте домой.
— Прямо сейчас? — приподнимаясь с кресла, спросил Роджерс.
— Да, прямо сейчас.
— А как же деньги?
— Деньги? А какое у вас жалованье?
— Восемнадцать тысяч ливров.
— Немаленькая сумма.
— Ну… — генерал помялся. — Для лейтенанта немаленькая, но генералу кажется небольшой.
— Вот и будете отдавать постепенно, отчисляя половину жалованья.
— Правда, мистер Камерон? Вы действительно на меня не сердитесь?! — обрадовался Роджерс, вглядываясь в лицо хозяина замка.
Камерон подумал, что если бы генералу подали чашу с ядом, он бы разрыдался и ползал на коленях, вымаливая пощаду.
— Как я могу на вас сердиться? Это целиком моя вина — недоглядел.
— Благодарю вас, мистер Камерон! — затараторил генерал, пятясь к выходу. — Значит, врут про вас, будто вы бессердечный. Будто вы зверь, а не человек! А вы, оказывается, совсем другой! Огромное вам спасибо! Огромное!
Генерал выскочил из комнаты и побежал по галерее, рассыпая звонкое эхо от своих шпор.
— Большое спасибо, мистер Камерон, за два миллиона ливров, — произнес Камерон. Затем щелкнул передатчиком на лацкане пиджака:
— Смена, генерал нам больше не нужен.
— Понял, сэр, — ответил дежурный смены службы безопасности, выполнявшей не только охранные функции.
12
Еще не веря в то, что все так удачно сложилось и он обвел ужасного Камерона вокруг пальца, генерал Роджерс остановился на крыльце, поправил фуражку и с чувством собственного достоинства зашагал к своей машине, помахивая стеком и чувствуя всем телом взгляды местных секьюрити.
— Ну наконец-то! — обрадовался его шофер, ожидавший появления генерала.
