Автор
Встреча двух миров: циничный сын криминального авторитета и наивная сирота, мечтающая о танцах и счастье. Их любовь обречена с самого начала, словно встреча удава и кролика. Смогут ли они преодолеть грехи прошлого и барьеры между ними, или история повторит трагедию отцов?
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Реквием по любви. Грехи отцов» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Встреча двух миров: циничный сын криминального авторитета и наивная сирота, мечтающая о танцах и счастье. Их любовь обречена с самого начала, словно встреча удава и кролика. Смогут ли они преодолеть грехи прошлого и барьеры между ними, или история повторит трагедию отцов?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Встреча двух миров: циничный сын криминального авторитета и наивная сирота, мечтающая о танцах и счастье. Их любовь обречена с самого начала, словно встреча удава и кролика. Смогут ли они преодолеть грехи прошлого и барьеры между ними, или история повторит трагедию отцов?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Я никогда не понимал этого. Как можно к чужим людям относиться лучше, чем к своей собственной семье? Взять даже нашу соседку, Павлину Михайловну? Эта старуха слышала от него больше добрых слов, чем все мы вместе взятые! Порой мне кажется, что я люто ненавижу его. Но как только ярость стихает, с ужасом понимаю, что всецело ненавидеть отца не выходит, как бы сильно ни хотелось. Даже сейчас, когда знаю всю правду… не могу!
Дмитрий ободряюще похлопал Пашку по плечу, клятвенно заверяя:
— От тебя этого и не требуют! Все прекрасно понимают, каково тебе сейчас!
— Спасибо, брат! — тот с готовностью повторил его жест. — Спасибо!
— Прорвемся, Паш! Будет трудно, но прорвемся!
Они одновременно отстранились друг от друга. Борзый даже попытался улыбнуться. Однако резко нахмурился, припомнив кое-что из монолога Соколовского. Сердце дико трепыхнулось в груди. Кровь ускорила бег по венам. С трудом осознавая, почему заострил внимание именно на этой детали, он уточнил до жути сиплым голосом:
— Как, говоришь, зовут вашу соседку? Павлина Михайловна?
Сокол недоуменно почесал подбородок:
— Ну да. Так я и сказал.
Ощущая себя пьяным от переизбытка эмоций, Похомов задышал чаще.
Сквозь него в ту секунду словно двести двадцать вольт пропустили.
В голове против воли стала складываться логическая цепочка. Вполне очевидная и единственно возможная. От собственных догадок стало дурно.
— Павлина – женская версия имени… Павел! — пробубнил он себе под нос. — Он назвал своего первенца в ее честь! Шмель назвал тебя… в ее честь!
— В чью честь? — растерялся Пашка. — В честь этой старой грымзы?
Борзый зловеще рассмеялся, будучи не в состоянии более себя контролировать. Его лихорадило от напряжения. Пот выступил на висках.
Он гоготал, точно одержимый, и все никак не мог успокоиться.
— Серьезно не понимаешь? — прохрипел, едва обрел способность говорить. — Та, кого ты всю жизнь считал своей соседкой… на самом деле – твоя бабка! Она и есть мать Шмеля! И… родная сестра Пескаря! Та самая, которую он так тщательно прячет от врагов с тех самых пор, когда занял место настоящего Гарика. Гениально! Чтоб мне сдохнуть, это гениально!
Сокол скептически фыркнул:
— Ты бредишь, что ли? Родители отца умерли еще до моего рождения!
— Да неужели? — усомнился Дмитрий. — Ты хоть раз был у них на могиле?
Пашка заторможенно покачал головой, явно начиная сомневаться.
Сомневаться в том, в чем Похомов был теперь абсолютно уверен.
— Хочешь верь, хочешь нет, — подытожил он, сверля друга безумным взглядом, — но эта старуха – мать твоего отца! Родная и горячо любимая! Все остальное – часть маскировки. Легенда. Она всю жизнь была рядом с вами. Буквально на соседнем участке.
