Автор
В темноте лишь слабое свечение далеких звезд рябит между ветхими обломками астерoidов и брошенными кораблями. Взгляды исследователей уже приближены к перекрестью ориентаста, когда бесформенное пятно медленно вползает на левую сторону экрана, становясь все более четким. Четвертый день и Грант тянется за каждым проблеском межзвездного света, чувствуя, как натиск рискованности с каждым часом приближается к пределу возможности....
С высоты восемнадцати километров материк, достаточно хорошо видимый в оранжевом свете звезды, оказался не только неровным и неоднородным. На самом деле это был один гигантский горный хребет, теряющийся в дымном мареве за горизонтом.
— Как далеко мы отклонились от цели?
— Километров на сто — сто двадцать.
— Ну, это терпимо.
Умбаа прикусил губу.
— Кстати, командир предупредил, что если мы обнаружим жизнь… ну, ты понимаешь, разумную жизнь, конечно, то немедленно стартуем обратно. Тихонов в своем сообщении упомянул какой-то Город…
— Я помню.
— «Ветвь-один», «Ветвь-один», — пробился в динамиках голос Гранта, и видеом воспроизвел его мерцающее лицо. — Что случилось?
— Неизвестное силовое поле сносит корабль к полюсу. Параметры поля автоматом не фиксируются.
— Помните о предупреждениях Тихонова. В случае непредвиденных осложнений немедленно возвращайтесь.
— «Ствол», вас понял, — ответил Умбаа. Лоб его заблестел от пота: он продолжал контролировать действия координатора и отвлекаться не решался.
На высоте пяти километров Вихров вдруг заметил под десантолетом неровный черный круг, принятый им сначала за дыру в коре планеты. Он замычал и сделал Умбаа знак, с помощью которого патриции и скучающие матроны Рима отправляли когда-то гладиаторов на смерть.
При увеличении черное пятно на экране распалось на какие-то полускрытые тени, глубокие ущелья и крутые возвышенности. Динамики внешнего радиоприема внезапно зашелестели, запульсировали, шорох тысяч невидимых крыльев заполнил рубку, прозвучали отдельные вскрики, свисты, скрип, снова долгий, тягучий шелест и вздохи, и координатор доложил:
— Корабль в потоке радиоизлучения, диапазон десять — две тысячи сто мегагерц.
— Город! — прошептал Вихров. — Это же город!..
— Еще неизвестно, — остудил его Умбаа. — Радиоволны могут излучаться и в результате естественных природных процессов.
Вихров только отмахнулся, жадно рассматривая поверхность планеты при максимальном увеличении, будто хотел тут же увидеть и ее обитателей.
Десантолет наконец опустился настолько, что удалось разглядеть загадочный черный объект. При тщательном рассмотрении он вовсе не походил на город. Он представлял собой объемную фигуру, диаметром около сорока километров, что-то вроде плоскогорья с обрывистыми склонами, но плоскогорья не сплошного, а как бы раздробленного, потрескавшегося на куски неправильной формы.
— Такыр, — только и сказал обескураженный Вихров.
Умбаа хмыкнул, но возражать не стал.
