Правду сказать, он ее побаивался, Забава была женщиной неординарной во всех отношениях. Уже один тот факт, что именно она первой набрела на нетривиальную разгадку Большого Выстрела, объяснив ее возвращением «блудного Конструктора», говорил о раскованности мышления этой выдающейся представительницы слабого пола.
Однако найти Боянову оказалось непросто, она редко бывала в своем официальном кабинете в красивом здании Высшего координационного Совета, расположенном на острове Хачин посреди озера Селигер. Ратибор не раз бывал там и подолгу любовался озером и величественным комплексом старинного монастыря Нилова Пустынь.
Он уже отчаялся ждать, привыкнув к оперативности служебной связи, находящей любого абонента за считанные секунды, когда наконец дежурный киб СЭКОНа отыскал Боянову за тридевять земель — на борту спейсера погранслужбы «Афанеор». Именно эта машина и собиралась доставить десант на бывшую звезду омега Гиппарха, по которой промчалась «пуля» Большого Выстрела."
"— Мы ждем только вас, мастер, — сказала председатель СЭКОНа, одетая в такой же кокос, что и Берестов, когда автомат соединил каналы связи и воспроизвел перед безопасником часть кают-компании корабля. — Поторопитесь.
Видимо, Ратибор на миг утратил невозмутимость, потому что, Боянова добавила с прозрачной иронией:
— Взяло любопытство: так ли уж страшен БВ, как его малюют? А вообще не мешало бы прикинуть, что можно будет ждать от Конструктора, если одна его «тень» способна гасить звезды.
— Если только БВ — это «тень» Конструктора, — пробормотал Ратибор первое, что пришло в голову.
— Вы не верите?
— Дело не в моей вере и не в чьей-то другой. Просто для того, чтобы избежать ошибок, нужен абсолютно точный прогноз.
— Насколько я знаю, по С-классификации[38] вы интуитив первой степени. Что же говорит вам интуиция?
Ратибор помимо воли улыбнулся, помедлил и процитировал:
— Мы не знаем, что там: может быть, там есть и ответ на все наши неразрешимые вопросы или средство избавить нас от страданий[39].
Боянова подняла брови, глядя на собеседника с некоторым сомнением, потом улыбка тронула ее губы: она поняла.
— Вы романтик, мастер… и хитрец. Честно говоря, я сомневалась в том, что…
— Я справлюсь с заданием, — закончил Ратибор.
— В общем… да. Возможно, опасения мои субъективны, не знаю. Но я не люблю недомолвок и прошу не обижаться. Просто на вашем месте я видела другого человека.
Пол Макграт, мелькнула вдруг догадка в голове Ратибора. Не потому ли он был столь необычно робок в последнем разговоре, что знал о разногласиях в выборе опера между Аристархом и Забавой?
— Вы, наверное, имели в виду интрасенса? Я не обижаюсь.