Автор
В темноте лишь слабое свечение далеких звезд рябит между ветхими обломками астерoidов и брошенными кораблями. Взгляды исследователей уже приближены к перекрестью ориентаста, когда бесформенное пятно медленно вползает на левую сторону экрана, становясь все более четким. Четвертый день и Грант тянется за каждым проблеском межзвездного света, чувствуя, как натиск рискованности с каждым часом приближается к пределу возможности....
К тому же БВ может срикошетить от «перевертыша», и мы его просто не поймаем."
"— А зачем его ловить? Главное, чтобы Выстрел не ударил по Системе, и каким мы способом этого добьемся — не имеет значения.
Ратибор направил дракккар прямо на узел решетки и, по мгновенной тишине в эфире определив состояние наблюдателей, затормозил в нескольких метрах от плоскости квадрата, рисунок которого сливался в кажущийся бесконечным густой изумрудный «луг» со светящейся травой. Тишина в наушниках была такой глубокой, что Ратибору показалось, будто он слышит тихое струнное гудение светящихся жил решетки, пульсацию света по этим жилам, и далекий, на пределе слышимости, уходящий в гулы и свисты, всхлипы пространства, нечеловеческий шепот…
Но замер и ветер средь мертвых песков,И тише, чем шорох увядших листов,Протяжней, чем шум океана,Без слов, не слагаясь в созвучия слов,Из сфер неземного туманаПослышался голос, как будто бы зов,Как будто дошедший сквозь бездну вековУтихший полет урагана.
— Внимание! — негромко произнес Ратибор. — «Джоггер» всем постам и патрулю защиты!
В драккаре, как и на других машинах пространства, пилотская кабина тоже представляла собой кокон-кресло с выведенными через эмкан на мозг пилота показаниями датчиков, систем контроля и видеокамер, поэтому ответы командиров всех названных групп в ответ на объявленную тревогу Ратибор увидел «внизу» оперативного поля изображения, передаваемого ему видеокамерами драккара: вспыхивающие зеленые цифры с индексами-обозначениями.
В наушниках тонко и хрупко «капнул» сигнал включения личного диапазона связи.
— Что случилось? — послышался голос ДД. — Зачем ты посадил на боеготовность всю службу?
— Потому что это — передний край, — ответил Ратибор. К-мигранты не спят, и предупреждения их — не простая болтовня, они готовят фронт. А на фронте, как тебе известно, боеготовность передовых линий должна быть максимальной. С этого момента будем сидеть на «беге трусцой» все. К тому же это не «полундра», выдержим.
— Что ж, тебе виднее.
