Автор
В темноте лишь слабое свечение далеких звезд рябит между ветхими обломками астерoidов и брошенными кораблями. Взгляды исследователей уже приближены к перекрестью ориентаста, когда бесформенное пятно медленно вползает на левую сторону экрана, становясь все более четким. Четвертый день и Грант тянется за каждым проблеском межзвездного света, чувствуя, как натиск рискованности с каждым часом приближается к пределу возможности....
— А вы? — Вопрос вырвался у Ратибора нечаянно, помимо воли, он тут же пожалел об этом, внутренне поморщившись: создавалось впечатление, что он боится оставаться один.
— ВКС созывает свой синклит… — Комиссар понял все, как надо. — Будем думать, что делать, если Т-конус по каким-то причинам… не сработает.
— Мы не позволим… — начал Демин. Железовский поднял ладонь.
— Надо рассчитывать на самые худшие варианты. Допустим, К-мигранты не преуспеют в своей деятельности, но Т-конус все равно не поможет, что тогда?
В зале стало совсем тихо.
— Эвакуация? — пробормотал Демин.
— Кого мы успеем эвакуировать за оставшуюся неделю до подхода БВ к Солнцу? Даже если задействуем весь флот и внешние метро? И куда?
— Из двух зол выбирают меньшее…
— Вот мы и будем выбирать, если не найдем компромиссного решения.
— Но ведь Земля уже решила, все десять миллиардов землян!
— Готовить и принимать решения должны профессионалы! — Голос Железовского громыхнул, как отзвук обвала в горах. — Специалисты высокой квалификации.
Ратибор вздрогнул: Аристарх повторял слова Грехова. Эти люди были удивительно похожи — не только точностью оценки происходящего и реакцией на внешние раздражители, но и глубиной видения и знанием психологии людей.
— Когда будет закончен монтаж кольца?
— Через двое суток плюс-минус два часа, — ответил Сварог, незримо присутствующий при любой беседе.
— Работайте. — Железовский некоторое время разглядывал зеленоватое сетчатое пятно чужанского «перевертыша» и с неожиданными для столь громоздкого тела легкостью и кошачьей гибкостью встал. — Идемте, Ингвар.
— Я бы остался, — начал было Эрберг.
— В качестве посаженного отца?
Командор погранслужбы побагровел. Он не понимал юмора и не знал, что коллега способен шутить. И в этот момент в зал вошла Анастасия Демидова. Отыскала взглядом Берестова.
— Эфаналитик Демидова. Откомандирована в распоряжение оператора «Шторма».
— А ты говоришь — останусь, — проворчал Железовский, махнул рукой Ратибору и вышел.
Эрберг догнал его у входа в отсек метро.
— Итак, минус один, К-мигрантов осталось тринадцать. Много это или мало?
— Узнаем.
— Дай бог, чтобы не слишком поздно. Кстати, что-то я не видел эту девицу в твоем отделе раньше.
