Автор
В темноте лишь слабое свечение далеких звезд рябит между ветхими обломками астерoidов и брошенными кораблями. Взгляды исследователей уже приближены к перекрестью ориентаста, когда бесформенное пятно медленно вползает на левую сторону экрана, становясь все более четким. Четвертый день и Грант тянется за каждым проблеском межзвездного света, чувствуя, как натиск рискованности с каждым часом приближается к пределу возможности....
— Они, наверное, уже ждут своего «крестного отца», — со вздохом сказал Баренец, вставая и разминая кисти рук. — Там, у «пули» БВ. Послушайте, Настя, почему вы так уверены, что проконсул знает, чем все это кончится? Он что, способен путешествовать в будущее и обратно? И каким образом он договорился с чужанами, чтобы они позволили нашему послу участвовать в эксперименте?
Анастасия, ни слова не говоря, вышла из зала.
— Вы задаете слишком много вопросов, Ярополк, — сказала Боянова. — А этой девочке и без того не сладко.
— Ведомый-два, — вызвал Железовский командира дежурного спейсера «Борисфен». — Примите делегацию, идем к передовой заставе у БВ. Готовьтесь сыграть на «струне».
— Машина готова, — отозвался командир спейсера коротко.
— Идемте. — Железовский встал. — Забава, возьмите Настю, она пойдет с нами.
— Если захочет, — произнес, входя в зал, Габриэль Грехов.
— Разумеется, — пробурчал комиссар, оглянулся на Баренца.
— Позже, — сказал председатель Совета безопасности недовольно.
— Я с вами, комиссар, если не возражаете, — сказал Грехов, как ни в чем не бывало. — Или есть причины для отказа?"
"— Нет, — ответил Железовский. — Что ж, если никто не желает, спрошу я. Габриэль, честно говоря, нас интересует…
— Знаю, — кивнул Грехов, с неопределенным сожалением разглядывая обращенные к нему лица. — Что касается роидов, то они не потомки, не внуки и не правнуки Конструктора, как думают некоторые оригиналы, а вы могли бы догадаться и сами, вспомнив Тартар.
— Что? — замерла у выхода Боянова. — Тартар? Ты хочешь сказать, что чужане — выходцы с Тартара?!
— Не выходцы, они, как и тартариане, — пришельцы в нашей Вселенной, сумевшие пробиться к нам из какой-то другой. Но если Тартар до сих пор не смог до конца разбить скорлупу капсулирующего взаимодействия, то Чужая частично сделать это сумела.
— Господи, так просто! — прошептала Боянова. — А мы бьемся разгадать причины, почему чужане к нам равнодушны… Да они же нас просто не слышат! Как и тартариане… хотя и пытаются иногда разговаривать.
Ей никто не возразил, интрасенсы — Баренец и Железовский — поняли все и проанализировали информацию мгновенно, остальные все еще осмысливали сказанное.
— Черт возьми! — нарушил молчание Демин; он тоже умел думать быстро.
