Автор
В темноте лишь слабое свечение далеких звезд рябит между ветхими обломками астерoidов и брошенными кораблями. Взгляды исследователей уже приближены к перекрестью ориентаста, когда бесформенное пятно медленно вползает на левую сторону экрана, становясь все более четким. Четвертый день и Грант тянется за каждым проблеском межзвездного света, чувствуя, как натиск рискованности с каждым часом приближается к пределу возможности....
Чтобы не отвлекаться, Грехов включил внешние акустические приемники, и звуки движения — рокот моторов, хруст гусениц, шорохи и шелест породы под ними — заполнили кабину. Сквозь эти звуки иногда доносились возгласы Диего и невнятное бормотание Молчанова. Сташевский же все внимание обратил на деятельность паутин возле Города.
До обеда они дважды объехали Город по разворачивающейся спирали, не обращая внимания на следующего за ними настырного любопытника. Грехова не покидало ощущение постороннего взгляда, и поэтому ему с трудом удавалось сохранять видимость хладнокровия.
Пообедали в хмуром молчании. Диего Вирт, по обыкновению очень скупо рассчитывающий свои движения, хмурился и поглядывал на часы. Подавленное настроение группы держалось до вечера. Уже перед самым закатом Грехов вдруг заметил далеко в стороне непонятный объект. Виден он был смутно, оптика помогала мало, пришлось немного свернуть на юг. И тут Грехов понял, что двигаются они как-то странно: держал он точно на объект, похожий издали на черное кольцо, а объект вдруг оказался чуть левее; Грехов повернул влево, но через несколько секунд кольцо снова сместилось влево, хотя он не касался управления.
Грехов остановил танк. Ничего, все стоит на местах.
"— В чем дело? — осведомился Сташевский.
Грехов продемонстрировал ему странное явление и попробовал с ходу миновать площадь, на которой они застряли. Но за несколько секунд танк оказался развернутым на сто восемьдесят градусов и мчался уже к центру площади. И снова… и снова… Чем ближе к краю, тем быстрее их сносило и разворачивало к центру пустыря. Наконец Грехов выдохся и остановил танк.
Молчание в кабине было красноречивым.
Они оказались внутри какого-то «заколдованного» кратера, стены которого на три четверти состояли из фиолетовых скал, а замыкались черной стеной Города и башней корабля.
— Попробуй еще раз, — нарушил молчание Сташевский.
Грехов попробовал — тот же результат.
— Это вы не проходили? — попытался пошутить Диего Вирт, обращаясь к Молчанову.
— Нет, — ответил тот серьезно, теребя в задумчивости подбородок.
