Семьдесят лет после ядерной катастрофы. Мир в руинах, Россия разделена на изолированные укрепленные поселения. В безлюдных пустошах между городами скрывается опасность. Главный герой — ренегат, выступивший против системы, вынужден выживать в новом, враждебном мире, где каждый день борьба за...
Раздел Chitat.online для книги «Ренегат» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Семьдесят лет после ядерной катастрофы. Мир в руинах, Россия разделена на изолированные укрепленные поселения. В безлюдных пустошах между городами скрывается опасность. Главный герой — ренегат, выступивший против системы, вынужден выживать в новом, враждебном мире, где каждый день борьба за...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Семьдесят лет после ядерной катастрофы. Мир в руинах, Россия разделена на изолированные укрепленные поселения. В безлюдных пустошах между городами скрывается опасность. Главный герой — ренегат, выступивший против системы, вынужден выживать в новом, враждебном мире, где каждый день борьба за...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
По самые бубенцы пришлось оттяпать. Врачеватели херовы. Запустят почки, а потом людей калечат.
Ледяная сталь ножниц поднялась вверх по ребрам, заставив Стаса передернуть плечами.
– Не трясись. Во-о-от. – Сиплый плеснул воды из чайника на желтовато-бурое пятно с правого бока и осторожно отлепил ткань повязки. – Хм. Недурно-недурно. Говоришь, неделю назад получил?
– Вроде того.
– Так больно? – Пальцы врача слегка надавили на ребра возле раны.
– Есть немного.
– Двигаешься нормально? При ходьбе, беге не беспокоит?
– Побаливает еще, но терпимо. Боевые характеристики в норме.
– Это хорошо. – Сиплый смочил марлевый тампон желтоватым раствором из склянки и протер зарубцовывающийся шов. – Рана заживает. Ребра вроде тоже на месте. Сейчас наложим свежую повязку, и будешь как новый. Подержи. – Он приложил к шву чистую тряпицу и принялся обматывать торс бинтом.
– Спасибо, – поблагодарил Стас.
– Да не за что. Твое дело – мочить, мое – лечить. У каждого в жизни свое предназначение. Вот Хлор, к примеру, – Сиплый мотнул головой в сторону пузатого соседа, – ему на роду писано воздух портить. И ничего уж тут не поделаешь.
– Отсоси, – лениво парировал Хлор.
Входная дверь скрипнула, в казарме появился запыхавшийся боец. Он окинул помещение взглядом и остановился на командире:
– Кирка, шеф к себе требует.
– Что случилось?
– А я почем знаю? Скорее давай. Он не в духе.
Кирка поднялся, накинул куртку, оружие, как заметил Стас, не взял, и направился к выходу, по пути давая распоряжения:
– Всем приготовиться. Казарму не покидать. Сиплый, за старшего.
– Благодарю, – издевательски козырнул тот.
Дверь хлопнула, и бойцы нехотя задвигались, со вздохами натягивая обувь и приводя в порядок амуницию.
– Как думаешь, что там? – спросил Стас.
– Да опять, наверное, по соплям получили, теперь ответку готовят, – поделился соображениями Сиплый и затянул в узел концы бинта. – Все, здоров.
Стас поводил плечами, проверяя, не мешает ли новая перевязь движениям, и застегнул рубашку.
– Шеф – это Бульдозерист?
– Ага.
– Крутой дядька?
– Лично не общался, но говорят, что натуральный мясник. Перед ним тут все на полусогнутых лебезят.
– Я слыхал, будто он человечиной не брезгует, – подключился к обсуждению Хлор.
– Нашел, чем удивить, – усмехнулся рослый детина с обожженным красным лицом, прилаживающий штык-нож к АКМу. – Да в Арзамасе каждый второй этим грешит.
– Уж не заливай. Людоеды – это навашинские.
– Вот когда из твоей жопы гуляша нажарят, тогда поговорим.
