В черной паутине зловещей болотной тьмы — лишь эти глаза, холодные как лед и грустные как сердце разбитого мира. Кровь, смешанная с мерзкой грязью, затягивает тебя в бездонную яму невменяемой мракоты. Здесь каждый шаг становится ужасом, а каждое вздох — дыханием последнего выдоха....
– Это ж надо так коварно обработать великого и ужасного Коллекционера. Прямо, етить твою, целый заговор. Так вот, я тебя тоже огорчу. Причина нашей встречи всего лишь в нехватке посадочных мест. Много, понимаешь, ворья мелкого в «Черном закате» томится, плюнуть некуда. Вот и сунули, где посвободнее. А задержали меня на сутки. Имел глупость продать информацию эсэсовцам местным, они и заперли до выяснения обстоятельств. Обидно, правда? Ну а про казнь я тебе, ясен хрен, наврал. Не каждый же день удается со своим душегубом за жизнь потрындеть.
– Складно поешь. Интересно было бы еще узнать, что ты за инфу толкал.
– Она к тебе отношения не имеет. Но, если так уж интересно, скажу. Может, слыхал о банде, которая возле Мурома на Владимирском тракте промышляла?
– Ну.
– Я узнал, где их база находится, и прямо Бурову инфу эту продал.
– Хе… – Коллекционер недоверчиво осклабился. – И чего? Эта сука заплатила?
– Пять золотых. Я бы оставшиеся четыре продемонстрировал, да друзья твои их к рукам прибрали.
– А с бандой что? Нашли?"
"– Нашли, как я слышал. Только ничем путным это не кончилось. Покоцали эсэсовцев сильно, а банда ушла.
– Вот как? И кто ж у них за главного, башковитый такой?
– Точно не знаю, но Буров про Звягинцева говорил. Очень сильно удивился, когда я ему имя с отчеством назвал, а уж когда о кинжале рассказал в серебряных ножнах, так он вообще на месте подпрыгнул.
– Да, бля, интересные дела.
– А кто такой этот Звягинцев? Откуда с ним Буров знаком, да и ты тоже?
– Эта паскуда в свое время руководила ковровским СОБРом.
– Ни хера себе!
– Да. Я с ним пару раз… работал.
– Подельников сдавал?
– Не доебывайся, – скривился охотник. – Звягинцев всегда сучарой был знатной, но башка у него неплохо варила. И у начальства городского он на хорошем счету числился. Проблемы решал быстро и радикально. Вот уж не подумал бы, что этот говнюк отважится так круто род деятельности поменять. Видно, мозги у него в тот раз сильно заклинило.
– В тот раз?
– Ну, давнишняя история, уж и не помню, когда слышал. Поехал, короче, Звягинцев с отрядом недовольных на место поставить в деревню какую-то подконтрольную. Там, понимаешь, передумали картошку отгружать: мол, цена их больше не устраивает и на договор они посрали с горкой. Такое случается иногда, ну, ты и сам, наверное, знаешь. Рядовое дело-то, приехать, автоматами потрясти, старосте в рыло прикладом выписать, если шибко туп, и все, мир да порядок.
