– Когда я вырасту, то побью его, – внезапно проговорил Райли очень твёрдо.
Кожа да кости. Казалось, он даже ниже, чем должен быть. Тонкие тёмные волосы, курносый нос, синева, кляксами обрамляющая большие карие глаза. Райли походил на крысёнка. Он и был крысёнком, когда блуждал по улицам в поиске еды, пока отчим с матерью топили себя в выпивке.
– Обязательно, – уверенно кивнул я.
Конечно, побьёшь, если отчим раньше не сопьётся.
Схватив лейку, я направился в подсобку. Не отпускало ощущение, что я должен что-то сделать; не мог просто оставить его в одиночестве у окна. Я сходил в столовую, взял горсть конфет – они предназначались для всех после обеда – и вернулся к Райли.
– Держи. – Я высыпал конфеты на подоконник перед ним.
– Что это? За что? – Он отпрянул, округлив глаза.
– Просто так. Съешь, пока остальные на улице.
– Мне нужно что-то сделать? – с подозрением уточнил мальчик.
– Что? – Теперь пришла моя очередь удивляться.
– За конфеты. – Райли указал на сладости. – Что-то сделать для тебя?
– Нет, – недовольно бросил я. – Просто так дал. Ешь.
Дети что, всегда видят подвох, когда их безвозмездно угощают? Я плотно сжал губы, чтобы не возмутиться вслух. Наверное, Центральный район повлиял и на моё восприятие мира. Сейчас задело то, на что прежде я бы не обратил внимания.
– Ладно, – осторожно сказал он. – Я оставлю несколько конфет для Валери.
– Вы подружились?
– Да. – Райли торопливо запихнул сладости в карман брюк. – Она иногда играет со мной в настольный теннис.
– Правда? Не думал, что она…
– Валери не такая, как другие! – мигом заступился Райли, нахмурившись.
Я понимающе кивнул:"
"– Значит, ты хорошо играешь в теннис?
– Да. Хочешь… – Он нерешительно продолжил: – Сыграем?
– Если быть честным, – я тянул с ответом, – я не умею играть. Никогда не пробовал.
– Это легко и очень весело! – оживился Райли. – Давай поиграем? Я научу.
– Не знаю… Я долго учусь.
– Кажется, я и сам здесь надолго. Не хочу показывать вот это маме, – он указал на свой синяк, – ну так что? Идём?
Я улыбнулся:
– Почему бы и нет.
Скэриэл приехал поздно вечером, злой и напряжённый. К этому времени я всё же искупал Райли. Это оказалось сложнее, чем я ожидал: он сначала наотрез отказывался мыться, а потом дал согласие, лишь убедившись, что останется в помещении один и запрёт за мной дверь. Теперь он спал на матрасе в моей комнате. Днём он вместе со всеми покинул центр помощи, но, зарёванный, позже вернулся. Не было другого варианта, кроме как в очередной раз дать ему переночевать здесь.
– Что-то случилось? – спросил я.
Скэриэл стянул свитер и бросил на кровать в своей комнате. Волосы наэлектризовались, и он нервно провёл по ним пятернёй.
– Мистер Эн, – отчеканил он.