В тесной овчарне Репейка неведомо чему удивляется: только блестящие опаловые глаза баранов и легкий аромат сытого свекольного сена говорят о мироздании вне ее пространства. Но даже в этом уединении, щенок еще не видит ни света, ни мира вокруг — его новые зрачки откроются через несколько дней, открывая другую реальность....
Он иной раз скорей больного послушает, чем своего же коллегу. Так, может, поедем уже?…
Мастер Ихарош встал, взглянул на Репейку.
— А что же с собакой-то будет? Вдруг да он оставит меня…
Репейка тотчас подбежал к хозяину.
Но щенок ничего не мог ему посоветовать. Он только еще ближе подвинулся к Ихарошу и посмотрел на дверь:
— Мы не уходим?
— Домой его отвезу, — нетерпеливо сказал доктор.
— Да ведь выскочит из коляски… или пропадет, пока не будет меня дома.
— Пусть останется у меня, — предложил аптекарь, — потом вы же и заберете его, когда домой поедете, дядя Ихарош.
Аптекарь вышел и вернулся с потрепанным покрывальцем, которое прихватил в дорогу Ихарош.
— Сейчас оно в коляске ни к чему, вот на нем-то Репейка и останется. Если сразу поедете домой, положу в коляску, а останетесь здесь, — поедет с вами через пару дней. Только и всего.
И трое людей посмотрели на Репейку, словно ему предстояло решать, ему надлежало сказать последнее слово, которое могло оказаться и приговором.
— Пусть остается, — сказал Ихарош, — пусть остается, пока я не вернусь.
Все помолчали.
Аптекарь свернул покрывало и положил возле кушетки.
— Вот твое место, Репейка.
Репейка вильнул хвостом и опять поглядел на хозяина:
— А теперь давай уйдем. Этот человек мне нравится, но приказывать мне он не в праве.
Старый мастер медленно подошел к подстилке и указал на нее.
— На место, Репейка.
Щенок выполнил приказание, но остался на ногах. Запах покрывала успокоил его, но чего-то он не понимал в происходящем.
— Останешься здесь!
— Хорошо, — сразу лег на живот щенок, но глаза по-прежнему были устремлены на хозяина. — Пойдем же! — Он заскулил и стал скрести покрывало.
Мастер Ихарош погрустнел и с трудом наклонился к щенку.
— Я вернусь, Репейка. Обязательно! Помнишь, как мы поклялись, когда повстречались? Дружба до могилы…
Аптекарь и доктор переглянулись.
— Про могилу забудьте, дядя Ихарош, — сказал аптекарь, — она другим требуется.
— Да ну?
— Верно вам говорю…
Но Репейка всего этого не понимал.
— Останешься здесь, Репейка. У хорошего человека…
Знакомая рука успокоительно погладила щенка.
— Ну, поехали.
Предварительное обследование было проведено быстро. Геза ходил из кабинета в кабинет так, словно больница принадлежала ему.
— Распоряжение Маккоша. Срочно.
— Всем срочно, доктор, — сказала сестра из рентгеновского кабинета, — подождите, пожалуйста.
