В гнетущей комнате запах крови и напряжение не позволяли забыть о собственной ситуации. Голос мужчины с долей силы и угодливости заставил почувствовать некий кокон жара, в который затягивалась девушка — боль же отступила. Узнаешь ли ты свою роль в этой интригующей истории?...
Я различила солодку, полынь, лаванду и ещё множество запахов неизвестных трав.
– Надо же, не думала, что увижу вас вновь, – старческий хриплый голос раздался из дальнего угла. Здесь нынче было мало света, множество ароматных пучков свисали с потолка. Зайдя с улицы, где солнце ярко слепило, и ещё не до конца привыкнув к полутьме, я с прищуром вглядывалась по сторонам, ища её, и не находила. И только приближающиеся шаркающие шаги говорили, что женщина здесь. Всматриваясь перед собой, я ждала, когда она появится.
Её крючковатые сухонькие пальцы коснулись моего плеча со спины.
– Как?! – чуть ли не подпрыгнув, резко развернулась. Сердце испуганно трепыхалось, но я отказывалась показывать свою слабость.
Улыбнувшись томной загадочной улыбкой, она пошаркала передо мной.
– Опять успокаивающий отвар, снотворный сбор или, может, что-то иное? Более действенное?"
"– Что здесь? – протянула я ей бутылку.
– Пустая бутылка, – не смогла она скрыть своего удивления, – кажется, здесь было шампанское.
– Не пробовала, но подозреваю, что мне бы не понравилось. Там есть остатки напитка, не могли бы вы их изучить?
Старушка всё больше удивлялась, поднимая брови. Казалось, её изумление, ещё немного – и достигнет седых корней.
– Может, вам лучше обратиться к констеблю?
– Непременно, если будет повод, – не сдавалась я.
Хмыкнув, она забрала бутылку и принюхалась, а после и вовсе провела пальцем по горлышку и облизала его.
– Не надо, – хотела я остановить, но та предостерегающе зыркнула на меня.
– Здесь снотворное, – констатировала она.
– Вот так сразу? Может, нужно собрать остатки напитка? Подпалить его? Изучить пар? Или же добавить какое-нибудь вещество, что определить состав? – хмурилась я.
– Если не нравится мой способ, то идите к констеблям… – пожала плечами старушка, теряя интерес и ко мне, и к бутылке.
– Я здесь третий раз… В первый вы продали сбор, который мне не помог; потом я заехала сюда, вас здесь не было, а была молодая девушка, что вас не помнила…
– Молодость так ветрена, стремится забыть всё, что ей кажется неважным.
– Похоже, это ключевой вопрос. Я его задаю и себе, – подошла ближе, пытливо вглядываясь.
