Автобус к дому подошел мгновенно, поезд в метро несся быстро, а Солянка была тщательно вычищена после вчерашнего снегопада.
Отмечаясь в журнале прихода-ухода, Надя открыла вчерашнюю страничку. После девяти, помимо них с начальницей, в библиотеке оставались четверо: Нина Аркадьевна из хранилища. Глупышка-Катюшка, ее помощница. Рыжая Натка – пропади она пропадом со своими прыщами-кондиломами! И Мария из газетной читалки, мерзкая злыдня, торговка психотропными таблетками.
Сторож и охранники не в счет: у них особый график.
– Максимыч пришел? – поинтересовалась Надя у входного охранника.
Тот опустил глаза, промямлил;
– Да он и не уходил…
– Пьет? – сразу поняла Надя.
– У себя, в каптерке.
Надя пробежала до дежурки сторожа. Максимыч раскинулся на своем топчане и громогласно храпел. Трясти его за плечо было бесполезно, а плескать ему в лицо водой Надя не решилась. Да и толку… "Ладно. Потом, – постановила она. – Пока Дарью Михайловну потерзаю".
Встречные девчонки посматривали на нее восхищенно-сочувственно: новости в библиотеке разлетаются быстро, о вчерашнем Надином приключении все уже явно знали. Но с расспросами не приставали: очень уж озабоченным выглядело лицо у Митрофановой.
Надя вошла в зал – начальницы пока не было. Вскипятила полный чайник воды – чтоб хватило на всех гостей. Она знала: очень скоро в зал заявятся жаждущие подробностей ходоки. И ей придется со всеми по очереди пить чай и рассказывать о вчерашнем инциденте.
А заодно – каждого осторожно допрашивать.
…Первым в зал всемирной истории явился директор.
Изумленно уставился на Надю:
– Митрофанова! Ты на работе?!
– А где же мне еще быть? – скромно, гордясь собой, ответила она.
– Дарья Михайловна сказала, что разрешила тебе сегодня не приходить, – покачал головой шеф. И немедля набросился на Надю с упреками. Говорил он красиво, аргументирование, хорошо поставленным голосом.
Митрофанова молча выслушала, что в соответствии с правилами крепления на стремянке нужно проверять ежедневно. Что, поднимаясь к самому потолку, нужно – на всякий случай! – вызывать в зал охранника, чтобы в случае чего поймал на лету.
Когда директор договорился до того, что введет обязательные для всех библиотекарей страховочные тросы – как у гимнастов в цирке, – Надя не выдержала, тихо сказала:
– Давайте больше не будем об этом говорить, ладно?
Оскорбленный, что его перебили, директор хотел было сделать Митрофановой внушение за непочтительность. Но взглянул ей в лицо и замолчал.