Он уже понял, что именно его вчерашний визит в НИИ и стал причиной ему пока совершенно неизвестных процессов, начавшихся в стенах «Алмаза». Интересно, что же там такое экстраординарное могло приключиться?
Минут через десять он увидел вбежавшую в зал лаборантку НИИ. Окинув быстрым взглядом столики, она тяжело вздохнула и быстро направилась к нему. Заказав себе и ей кофе и пирожные, Гуров сказал:
– Надо, чтобы наша встреча выглядела пусть и деловой, но не связанной с чем-то излишне драматичным – это меньше привлекает внимания. Так что там у вас произошло?
А со вчерашнего дня в «Алмазе» и в самом деле произошло много чего нерядового и отчасти даже шокирующего. Началось с того, что из Египта сразу после полуночи внезапно вернулся директор НИИ Бунцагин. Невзирая на более чем поздний час, он прямо из аэропорта на такси примчался на Сахалинскую и вызвал к себе в кабинет заспанных кадровика, главбуха и свою секретаршу. Тут же был подготовлен приказ по институту, согласно которому с утра завтрашнего дня объявлялся освобожденным от должности и уволенным с отправкой на пенсию Калмыков Виталий Андреевич. Робкое замечание кадровика о том, что без Калмыкова рухнет вся работа института, было пресечено весьма грубым окриком директора.
Заодно была уволена и Фаина Людвиговна. Для того чтобы без проволочек уволить одну из лучших лаборанток НИИ, главбуху, под нажимом Бунцагина, пришлось написать липовую докладную, что якобы лаборантка Чистюхина халатно относится к своим обязанностям, своевременно не подавая отчеты по расходованию особо ценных и токсичных реактивов группы «А». Нынешним утром обоих уволенных даже не впустили внутрь здания. Им прямо на пороге вручили копии приказа, отдали трудовые и полный расчет.
– Для Виталия Андреевича это стало таким ударом, что у него даже схватило сердце, и пришлось вызывать «Скорую». Я ее и вызывала. Это безобразие от начала до конца происходило на моих глазах. Гляжу – у входа стоят Виталий Андреевич и Фаина Людвиговна, их не пускают внутрь. Тут вышла наша кассирша, сунула им в руки копии приказа, их трудовые и конверты с расчетом. Виталий Андреевич схватился за грудь и начал валиться на крыльцо. Мы его с Людвиговной подхватили под руки, нам еще охранник помог, посадили на лавочку. Я позвонила «ноль-три», и его увезли в кардиологию.