Марина Николаевна оказывается в необычной ситуации, когда её отношения с Сергеем сталкиваются с неожиданными поворотами. Появляется интрига вокруг свадьбы и не до конца понятые мотивы героев. Необходимо разобраться в происходящем, когда реальность меняется.
Марина рассердилась, в ней волной вспыхнуло желание немедленно расправиться с обидчиком девочки, но она даже не успела спросить, что случилось, как и Райли, который уже успел забрать Милли из рук Берты и теперь прижимал её к своему боку, поглаживая по голове и успокаивая. Пацана Берта продолжала держать за шкирку, но поставила на землю рядом с собой, тогда как остальные его дружки давно сбежали. В этот момент чей-то жёсткий, властный голос, раздавшийся вдруг за их спинами, требовательно спросил:
— Что, шерги возьми, здесь происходит?! Райли?! Марина обернулась на этот требовательный возглас. Мало кто, по её наблюдениям, мог разговаривать с капитером таким тоном. Ну, что ж, вздохнула она, когда-нибудь эта встреча должна была произойти. Жаль, что так рано. Однако, чтобы там герцог себе не надумал, Марина останется при своих планах. Так она решила.
Герцог в этот момент тоже заметил жену. И, хотя он предполагал встретить её здесь, ведь он специально переходил в Кливдон для «нового знакомства» с женой и шёл по нити брачного браслета (брачный браслет имел встроенный маяк), но всё же и ему увидеть сейчас Мариенну было неожиданно.
«Эта живая, подвижная, привлекательная молодая женщина с гневно горящими глазами, его жена? Не может быть? А где вечно опущенные глаза? Где тихая речь, почти шёпот? Где серые, убогие наряды?» Глядя сейчас на раскрасневшееся от тревоги и гнева лицо Мариенны, на точёную фигурку в узких брюках, какие носят магессы, в белоснежной с кружевным воротом блузке и длинном жакете с большими карманами, герцог засомневался, что отправил бы такую жену в изгнание.
Но, ладно, решил герцог, это всё потом. Сейчас надо выяснить, что здесь происходит и причём в этой ситуации его жена.
Марина тоже по-новому оценивала герцога. Если раньше она думала, что сумеет легко избавиться от фальшивого брака, то глядя сейчас на этого мужчину поняла, что ничего лёгкого не предвидится. Придётся побороться.
— Райли! — требовательно повторил герцог. — Объяснись!
— Спокойно, милорд, — невозмутимо ответил наёмник. — Моя дочь пострадала и сейчас не может ничего объяснить. Успокоится, и мы всё узнаем. Мы с леди Мариенной сами подошли только что и застали потасовку в самом разгаре. А вот почему моя дочь оказалась в такой ситуации, я хотел бы выяснить у Берты, — грозно повернулся он к поварихе.
Та, чувствуя за собой вину, держалась скованно и от обычного её бабского базарного нахрапа не осталось и следа. Она по-прежнему держала за шиворот пацана.
