Мне уже нечего терять – я все потеряла… У меня не осталось ценностей – я перестала ценить саму жизнь… Моя душа давно умерла – перешагнула грань, за которой осталась только пустота… У меня нет мечты и цели – я называю это жаждой… и не успокоюсь, пока ее не утолю. Вы можете называть мои поступки как угодно: грехами, личным падением, паранойей, мерзостью… Я называю это ответной игрой – РЕВАНШЕМ. Предупреждение: Наличие постельных сцен, употребление нецензурной лексики!...
– Здесь все: осмотры, обыски, допросы, опросы потерпевшего… Дело передано дознавателям.
– Как у тебя все быстро и чисто, – с иронией хмыкает Назаров, листая дело. – Только вот адвокат Попова думает по–другому.
– Мне по… – откашливаюсь. - Мне все равно, что он думает. У него работа такая – защищать психов и отморозков, а у меня своя работа и я ее выполняю.
– Выполняешь, - соглашается Назаров, глубоко вдыхая – он знает, что я мечу на его место, да я этoго и не скрываю. Но я дам старику спокойно уйти на пенсию и позволю ему ещё немного покомандовать.
– У вас все? А то у меня уже пять минут как начался обед.
– Да, завтра лично проведешь со следователями занятия по служебной подготовке. - Началось!
– А Шумаков это не может сделать?
– Нет, не может, ты и так его работой завалил. В твои обязанности входит не только протирать кресло и собирать дань, а еще и заниматься подготовкой своих людей!
– Так точно! – встаю со стула. - Разрешите выполнять?
– Иди уже, юморист – качает головой Назаров.
Дохожу до выхода, расстегивая китель и ослабляя душащий галстук.
Останавливаюсь, вновь поворачиваясь к Назарову:
– В воскресенье я приглашаю всех в загородный дом, в баню. Был бы рад и вас там видеть. Отличная парная, шaшлык, свежий воздух, девочки – все включено, - ухмыляюсь я."
"– По какому случаю сбор? - выгибая седую бровь, спрашивает он.
– Ну, что-то типа корпоратива для сплочения коллектива, - шучу я.
– Хорошее дело, я подумаю.
Киваю ему и покидаю прокуренный кабинет. Он приедет – соблазн отдохнуть от своей жены и расслабиться велик.
Выхожу на улицу, вдыхаю холодный осенний воздух, прикуриваю сигарету, глубоко затягиваюсь, наблюдая, как в отделение ведут какого-то молодого парнишку с разбитым лицом. Он сo страхом косится в мою сторону, словно я дьявол. Пристально смотрю парню в глаза, выдыхая дым, словно уже выношу приговор,и усмехаюсь, когда он сглатывает. Иногда психологическое давление действует гораздо сильнее физического.
Паркую машину на стоянке.
