Но ведь слухи ходят о ней не самые лестные, с такой девицей, как люди описывают, никто ничего общего и иметь бы не хотел. Потому и повёз её к Артуро, чтобы братец от неё получил искру бешенства. Ну, а что, какой жених, такая и невеста. Идеальная пара."
"Вот только стоило ей посмотреть мне в глаза, стоило взять её на руки, и я сам пропал, околдовала, приворожила. И не грубая она, а нежная, искренняя.
Идеальная, но не моя.
— Идиот я! Сам виноват, — не успеваю рассердиться на себя и обстоятельства, как понимаю, что нужно делать.
Бегом в таверну, забираю еду в дорогу и спешу туда, где конники ждут клиентов. Другого варианта нет, она в городе никого не знает, прятаться ей негде, а от Артуро надо бежать.
— Эй, добрый человек, ищу девицу, должна была уехать в горы сегодня, но разминулись.
— А эту красотку в зелёном платье? Это ты её мужчина, у которого груз упал с обрыва? — его вопрос смутил, что он несёт?
— Что она сказала? Куда поехала?
— Да отчаянная, почти в полдень взяла пацана с парой кляч и поспешила обратно в горы, к тебе, выходит? — старик прищурил глаз и пристально смотрит, кажется, узнаёт во мне королевского егеря.
— Нет, она не меня ищет, отца своего! Отец в неприятности попал. Спасибо, поеду, помогу им, — на ходу придумываю байки, на случай если Артуро начнёт расследование и поиски сбежавшей жены.
Эта мысль снова больно резанула по сердцу, если она успела стать женой короля, то этот побег всё ухудшит. Я же должен её вернуть, может лучше остаться в таверне и позволить Элизе уехать подальше, явно, что через границу собралась бежать, пусть бежит, так лучше для всех, а потом, когда всё уляжется, найду её.
Стою истуканом посреди площади, смотрю, как старик собирает с мостовой лошадиный навоз и не могу решить, как правильно поступить, чтобы не навредить Элизе.
В этот момент сзади получаю такой сильный удар в спину, поворачиваюсь и это Чёрный! Вот умник, головой меня боднул.
— Думаешь, надо ехать и снова её спасать? — дожил, спрашиваю совет у коня. И тот неистово качает головой, перешагивает с ноги на ногу в нетерпении.
— В крайнем случае прослежу, чтобы с ней ничего не случилось и провожу до границы. Скажу к кому обратиться на той стороне. Иначе изведу себя и ночью же всё равно поеду.
Через несколько минут и я уже в седле, Чёрный как-то слишком рьяно набирает скорость.
— Так, конская твоя морда! Ты что-то почуял? — кричу, наклонившись к уху коня.
Судя по тому, как он спешит, то да! Мне от этого становится совсем не по себе. Это уже не предчувствие, а уверенность, что моя девочка попала в ужасную беду, и виноват в этом я, надо было ночью её выкрасть и увезти, на выдохе вырвалось:
— Вот, дьявол! Элизабет, куда ты попала на этот раз? — но ответа нет, только бы не свалилась в ущелье.