То ли тогда – в Безансоне, я ушла слишком рано, когда народ еще не разгулялся? То ли там задавал тон де Роган и военные, а они прямее и проще в общении… Но здесь пресловутая галантность в обхождении с женщинами скорее имела оттенок циничного эротизма. Я делала тупое лицо, отводила взгляд и приседала, вышагивала, кланялась… и старалась держаться ближе к мужу. Не то чтобы мне что-то угрожало – нет. Просто «не в своей тарелке» - это то, что я там постоянно чувствовала, а Рауль был своим, знакомым, родным.
Но надо так надо. Я честно отработала эту каторгу.
Что-то во всем этом было не так. Или всё? Будущая французская революция сейчас воспринималась на удивление с пониманием. Хотя и с определенным опасением. Но предупреждён, значит – вооружен? А мне хотелось обратно в Ло - в свой угрюмый снаружи, но такой уютный дом, привычный и приятный круг общения. И не только мне, судя по тому, как быстро собрался обратно мой муж. Уезжали с легким сердцем. А у меня осталось такое ощущение от этой поездки… как объяснить? Наверное - мы уехали, а клоуны остались в цирке...
Виконт Рауль Этьен де Монбельяр не собирался тогда долго задерживаться в Ло, хотя и любил это место. Надел, отданный в синьорию ему, как младшему сыну, вполне его устраивал. И он часто наезжал сюда летом, чтобы полюбоваться не только природными видами, но и видом своей собственности.
Когда мужчина получает что-то в безраздельное владение, внутри просыпается вполне понятное собственническое желание пользоваться, хранить, оберегать и заботиться. Это касалось земель, женщины, оружия, коня… Его заботы простирались и на Ло.
А еще он по непостижимой причине любил старый угрюмый дом на холме, который местные жители гордо именовали Замком. Но, скорее, это было логово, куда он приползал зализать свои раны. Он вообще часто менял места проживания и это было лучшим из них. Только изредка наведываясь в замок отца, он объездил всю Францию и не только, даже побывал за океаном.
Виконт великолепно владел шпагой и зарабатывал этим на свои путешествия, обучая фехтованию молодых дворян в иезуитских колледжах. В одном месте задерживался не больше года… как-то так получалось – тянуло увидеть новые места, новых людей, искал чего-то… может спокойствия. Рановато в его годы? Тогда – неизвестно чего… Ему понравилась Акадия – своими природными красотами, почти полным отсутствием глупых условностей и, как ни странно, непритязательностью быта. Он собрался было остаться, но и там ему стали настойчиво сватать местных девиц. Пришлось уезжать. Он не бежал, просто избегал надоевшего.
Замок в Ло был хорош своим уединением. А сам надел ощущался любимой игрушкой или надежным оружием – своим, личным, которое являлось гарантией безопасности… финансовой в этом случае.