Московский аудитор Павел Ивлев оказывается в СССР, где его жизнь полна приключений и интриг. Возникает конфликт вокруг планов Тареку и Павла по Италии и Сицилии, а также личные уловки с Мишкой Кузнецовым. За всем этим скрывается сложная игра за будущее и положение семьи.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Ревизор: возвращение в СССР 44» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Московский аудитор Павел Ивлев оказывается в СССР, где его жизнь полна приключений и интриг. Возникает конфликт вокруг планов Тареку и Павла по Италии и Сицилии, а также личные уловки с Мишкой Кузнецовым. За всем этим скрывается сложная игра за будущее и положение семьи.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Серж Винтеркей Легкое чтение Любовные романы Самиздат подборки серии
Московский аудитор Павел Ивлев оказывается в СССР, где его жизнь полна приключений и интриг. Возникает конфликт вокруг планов Тареку и Павла по Италии и Сицилии, а также личные уловки с Мишкой Кузнецовым. За всем этим скрывается сложная игра за будущее и положение семьи.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Он в деревне набегался, навозился и, судя по его морде, уже прикидывал, под какую батарею лучше завалиться, чтобы как следует отоспаться после деревенских приключений. И тут раз — бац! — и снова на улице гулять.
Когда вышли на улицу, я осмотрелся по сторонам в поисках того самого жёлтого «жигулёнка». Нигде его рядом не увидел. Впрочем, это ничего не означало. Вполне может быть, что один из офицеров отогнал его куда-нибудь подальше, чтобы он тут не мелькал у меня перед глазами после той нашей встречи на рыбалке. А другой стоит сейчас где-нибудь под деревьями в темноте и посматривает на меня издалека, учитывая, что выход из подъезда хорошо освещен. Ему виднее, как следить за мной, не привлекая моего внимания…
Прошлись немножко, и Гриша мне и говорит:
— Слушай, Паш, заметил, что за тобой следит кто-то, похоже… И действуют они достаточно профессионально, так что, скорее всего, это кто-то достаточно серьёзный. У меня первая мысль была: может, у нас какие-то тут грабители присматривают квартиру, которую обчистить собираются? Но всё же вроде не похоже это на грабителей, они себя иначе ведут. Так что даже понять не могу, кто это мог бы быть, но встревожен…
Молодец, Гриша. Знает, что напрямую говорить о том, что он подозревает КГБ, не с руки. Если я потом проговорюсь, то у него будут серьезные проблемы, что он предупредил соседа, что за ним КГБ следит. Это государственная организация, ей виднее, за кем надо следить…
Что ему ответить, я знал, так что тут же и сказал:
— Гриша, спасибо за предупреждение, только я, кажется, догадываюсь, кто это. Скорее всего, это из КГБ.
И снова понял, что Гриша точно из ГРУ. У кого угодно бы лицо дрогнуло от удивления после такого необычного заявления с моей стороны. Ясно, что ненормально это, когда ты соседу говоришь, что за ним следят, а у него первая идея, что это из КГБ… Мол, и что тут такого? Начал разъяснять свою мысль:
— Дело в том, что я пару недель назад в японском посольстве был. И там со мной много общался по моей статье в «Труде» про Японию вначале японский посол, а потом со мной полезла знакомиться чёртова дюжина других дипломатов разных стран, включая и американского дипломата. А там же полно наших было, советских. Сам понимаешь, что кто-то из них более чем вероятно в комитете об этом рассказал. Вот, наверное, в целях профилактики меня теперь и пасут. Думаю, когда с Кубы вернусь, никто уже больше не будет этим заниматься. Я не говорил еще, но я же на Кубу с семьей послезавтра уезжаю отдохнуть на три недели. Достаточно времени пройдёт.
Гриша прямо на глазах расслабился.
— А, ну это вполне достаточная причина, чтобы без всякой вины за тобой эти ребята ходили, — сказал он. — Ты прав, походят и перестанут.
