Рождественские каникулы в Лапландию превращаются в детектив после убийства Вадима Сухарова. Вдова его, Настя, просит студентку Лесю начать расследование, обнаружив, что среди друзей скрываются преступники. Постепенно интернет-дневник становится ключом к разгадке интриг и лжи.
Раздел Chitat.online для книги «Ревность волхвов» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Рождественские каникулы в Лапландию превращаются в детектив после убийства Вадима Сухарова. Вдова его, Настя, просит студентку Лесю начать расследование, обнаружив, что среди друзей скрываются преступники. Постепенно интернет-дневник становится ключом к разгадке интриг и лжи.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Анна и Сергей Литвиновы Легкое чтение Детективы подборки серии
Рождественские каникулы в Лапландию превращаются в детектив после убийства Вадима Сухарова. Вдова его, Настя, просит студентку Лесю начать расследование, обнаружив, что среди друзей скрываются преступники. Постепенно интернет-дневник становится ключом к разгадке интриг и лжи.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Он якобы видел, как я выходил в час убийства из Вадимова коттеджа… Видел и опознал мою ушанку и пуховик… Но если меня там не было, если я лежал в постели, в полусне, значит, кто-то другой надел мои вещи… Надел — затем, чтобы подставить меня. А сделать это мог только один человек — ты, Женька… И тогда я понял вашу с Анастасией игру. И понял, что я для вас совсем ненужный свидетель… И если я останусь здесь, с вами, то, скорей всего, я обречен… Вы, обе, Женя и Настя, рано или поздно до меня доберетесь. Подставите, отравите, убьете, и в итоге спишете убийство Вадима на меня. И тогда я решил умереть. А точнее, исчезнуть. А чтобы мое исчезновение выглядело как можно более правдоподобным, чтобы вы успокоились, возликовали, и, может, стали совершать ошибки, — я и придумал эту дуэль на виду у всех… Я заранее, еще днем, пока было светло, разведал местность. Там, на горе, метра на четыре ниже дороги, на которой мы с Иваном «стрелялись», есть маленькая, два на два метра, но достаточно ровная площадка. Я днем пометил на краю дороги точку, под которой она расположена. Положил туда камень. Было очень страшно — вдруг я ошибся в расчетах? Вдруг кто-то сдвинет камень? Вдруг я промахнусь мимо площадки? Или, спрыгнув, не удержусь на ней? Но, слава богу, все обошлось. Благодаря тому, что я пометил место, я даже в тумане угодил на нее и не сломал себе конечности, и даже удержался на ногах… Потом, правда, страшно замерз, пока ждал, когда же мой противник и секунданты уедут с дороги… Когда они убрались, я, цепляясь за уступы, вылез обратно. Снегопад засыпал все следы. Я пешком дошел до поселка — кстати, получилось не очень недалеко, километров пять-шесть… Там поймал такси и уехал в Рованиеми… Жил в гостинице… У меня были с собой деньги и кредитная карточка… Я спасал свою шкуру и ждал развязки… И, как видите, дождался… Леся сама написала мне эсэмэску… И я позвонил ей…
— Кого вы слушаете?! – она обращалась к Бокову и финскому полицейскому. — Это же просто слова! Выдумка, дикая выдумка, бред! У них же нет никаких доказательств, ни одного!
— Почему? — спокойно прервала эту гневную тираду Леся. — У нас есть доказательства.
— Какие же, интересно?
Леся, едва скрывая торжество, сказала Бокову:
— Переведите, пожалуйста, господину комиссару: обнаружены ли на теле убитого либо на ноже, которым совершено убийство, следы ДНК посторонних людей?
Посольский эту реплику перевел Кууттанену, и тот, дотоле практически все время молчащий, на сей раз коротко откликнулся.
