А может, дамочка вообще посторонняя? И при чем здесь, спрашивается, какая-то Марфа, о которой надо было сказать избитому Вадиму?
Или, может, Света (или та, что скрылась под ее именем) не дождалась помощи и решилась на преступление сама? Выйдя в половине третьего из бандитской машины на бензоколонке, она запросто могла дойти до нашего коттеджа и убить Вадима.
Мысли об этом пронеслись в моей голове молнией. Адреналин, что ни говори, ускоряет мозговую деятельность. А адреналина, чего там греха таить, при одном виде гоблинов мой организм произвел немало.
— Не знаю я никакой Марфы, — вслух проговорил я. — Да и Светы в нашей компании нет, — зачем-то соврал я. — А ты узнать эту девку-заказчицу сможешь? — обратился я к Володе.
Тот оглянулся на второго (он у них, кажется, был за главного), получил молчаливое согласие и молвил:
— Давайте я притащу вам завтра фотки наших девиц, а вы покажете, есть среди них та самая, кто Светой назвалась?
Гоблины переглянулись. Мне показалось, что им эта идея не очень понравилась. А может, они просчитывали, чем она грозит им лично.
Я слегка надавил на Володьку:
— Почему б тебе не сдать ее-то? Пусть за базар ответит. Мы сами с ней разберемся. Вы-то, ясно, по-любому не при делах.
Нехотя, но гоблины согласились.
— Давайте завтра здесь же, с утра? — предложил я.
— В час, — безапелляционно молвил Володя.
Я хотел сказать им спасибо, но все трое развернулись и, не прощаясь, отвалили. Вежливость для них, видимо, являлась синонимом слабости. Мне почему-то вспомнилась песня: «Пожалуйста, извините, — с усмешкой они говорят».
Бритоголовые завернули за угол бара. Вокруг сновали люди: докатывались с горы на лыжах и на досках, шествовали к подъемнику с лыжами и досками на плечах. Прожекторы, освещающие склон, превращали полярную ночь в электрический день. Однако стоянка автомашин располагалась в длинной тени, отбрасываемой «летающей тарелкой». Гоблины исчезли в сумраке.
Я последовал за ними. Кстати, стоит задуматься и над другим фактом, довольно любопытным: а почему братаны решили обо всем рассказать?
Однако самый главный вопрос: что за Света, которая столь глупо и бездарно заказывала Вадима? Впрочем — почему глупо и бездарно? Заказ-то тем не менее выполнен. Даже, так сказать, перевыполнен. Не телесными повреждениями средней тяжести отделался Сухаров, а погиб.
Об этом я думал, следуя за гоблинами к стоянке. Они, слава богу, не оглядывались. Наблюдая за братками, я, пригнувшись, перебегал от машины к машине.
