Бывший снайпер Николай Воронцов оказывается в прошлом и пытается изменить ход истории, чтобы избежать жертв гражданской войны. Он и его товарищи пытаются переписать события, но сталкиваются с непредсказуемыми последствиями. Перед ними стоит вопрос о судьбе и будущем.
Раздел Chitat.online для книги «Революция» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Бывший снайпер Николай Воронцов оказывается в прошлом и пытается изменить ход истории, чтобы избежать жертв гражданской войны. Он и его товарищи пытаются переписать события, но сталкиваются с непредсказуемыми последствиями. Перед ними стоит вопрос о судьбе и будущем.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Бывший снайпер Николай Воронцов оказывается в прошлом и пытается изменить ход истории, чтобы избежать жертв гражданской войны. Он и его товарищи пытаются переписать события, но сталкиваются с непредсказуемыми последствиями. Перед ними стоит вопрос о судьбе и будущем.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Помню изречение такое слышал, хорошее: «Я знаю, что ничего не знаю!» А еще, после прочтения сотни книг, я понял, что для того, чтобы начать хоть что-то понимать в жизни, человеку надо прочитать тысячи томов.
– Хм, – теперь хмыкнул Деникин.
– Стрелки, причём гораздо лучшие, чем я, конечно, есть. Просто у меня есть военный опыт и немного смекалки. Стрелять – дело второе, хоть и важное. Прийти на позицию, дождаться нужного момента и принять верное решение, вот что нужно уметь в моей работе. Позиция не всегда бывает доступна, и нужно быстро соображать и принимать опасные решения, иначе ты лишь простой стрелок.
– Работе? Однако! – Деникин взглянул на меня и…
Блин, да я уверен, что он давно всё понял о моём вранье. Столько информации, сколько я предоставил, невозможно иметь человеку, якобы испытавшему клиническую смерть. Она скоротечна, если не перешла в кому, а я раздаю советы, цитирую людям их же изречения из будущего и жду, что мне поверят? Смешно. Но прокатывало потому, как ещё не пришло время Кобы и НКВД. Думаю, столкнись Сталин с моим якобы феноменом, и меня тряхнут так, что рассказать придется всё, а может и больше.
– Да, я отношусь к этому именно как к работе, иначе нельзя. В оптику иногда видно даже щетину на лице, когда близко стреляешь. Если начать думать, что перед тобой человек, у него есть семья, дети, сойдёшь с ума, сразу. Работа, только работа. А объект лишь цель, ничего другого. Отработал и ушёл, это в идеале, и тут же забыл о нём. Грязно, подло, но я лишь инструмент, а те, кто прибегает к этому инструменту, это они вершители судеб, и думать должны именно они.
– Неужели не снятся? – задал волнующий вопрос Деникин.
– Только первое время, может, в будущем, когда закончишь с этим всем и голова будет отдыхать, призраки и вернутся, но пока нет, не снятся. Я не считаю себя убийцей, Антон Иванович, не считаю, и не являюсь им. Я ликвидирую лишь врагов, преступников, противника, желающего и мне, и всей моей стране гибели.
– Знаешь, по какой причине в начале войны так противились вводу снайперов?
– Наши руководящие кадры? – усмехнулся я. – Нечестная война?
– Да, о таких как ты говорили именно так, называя людьми без чести.
– А знаете, почему они так реагировали? Потому как привыкли играть в солдатиков, что им жизни простых деревенских ребят и мужиков, тьфу. Они даже не воспринимали их как людей. Кстати, это в какой-то мере можно и о вас сказать, уж извините, товарищ Деникин. А когда у врага появились снайперы и их целью, естественно, стали офицеры, то тогда они и запищали, как же, самим-то умирать не хочется. Но повторюсь, на войне все средства хороши, если они ведут к победе.
– Может, ты и прав.
