Бывший снайпер Николай Воронцов оказывается в прошлом и пытается изменить ход истории, чтобы избежать жертв гражданской войны. Он и его товарищи пытаются переписать события, но сталкиваются с непредсказуемыми последствиями. Перед ними стоит вопрос о судьбе и будущем.
Раздел Chitat.online для книги «Революция» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Бывший снайпер Николай Воронцов оказывается в прошлом и пытается изменить ход истории, чтобы избежать жертв гражданской войны. Он и его товарищи пытаются переписать события, но сталкиваются с непредсказуемыми последствиями. Перед ними стоит вопрос о судьбе и будущем.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Бывший снайпер Николай Воронцов оказывается в прошлом и пытается изменить ход истории, чтобы избежать жертв гражданской войны. Он и его товарищи пытаются переписать события, но сталкиваются с непредсказуемыми последствиями. Перед ними стоит вопрос о судьбе и будущем.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А кормить город кто будет?
– Заткнись, контра, разговорился тут!
– Я не просто так спрашивал вас, служили вы или нет, – продолжал я, – в бумагах указано, я полный Георгиевский кавалер…
– Ну, точно, царский прихвостень, даже не скрывает, а ты, Семён, его в город тащить собрался, да я его прямо здесь кончу!
– Значит, не служили вы, молодой человек, а то бы знали. Солдатские кресты вручали по решению самих солдат, которые решали, достоин тот или другой боец награды. Это не царь мне их на грудь повесил, а такие же солдаты, то есть обычные люди. – Вру, конечно, мне и лично Николай золотого «Егория» повесил на мундир, но им об этом знать не надо.
– Ты сейчас тут наговоришь, только слушай, – тем не менее сбавил свой пыл любитель расстрелов.
– Врать на фронте быстро отучают, там некому врать, с тобой рядом твои братья, которые готовы умереть за тебя. С собой можно что-то взять?
– Ничего брать не положено, – отрезал представитель ревкома.
– Тогда поехали, раз кто-то за меня решил, что положено, а что нет. Чудны дела твои, Господи.
Самое смешное в этой ситуации, что меня даже не обыскали, ведь я вроде как не арестован, наверное, поэтому и не стали шмонать. А зря! Ха-ха, у меня ствол всегда с собой, даже в сортир с ним хожу, привычка с фронта. Так что, на самый крайний случай, у меня есть четырнадцать «маслят» сорок пятого калибра, я дорого продам свою жизнь. Правда, если по приезде засунут в камеру, то тогда да, жопа, обыщут обязательно.
Везли в город не одного меня, да и быстро, кстати. В селе у этих ухарцев грузовик был, как и ещё трое солдат. Нас, подозрительных, набралось аж шестеро. Я оказался самым молодым, зачем дёрнули мужика лет пятидесяти – вообще непонятно, бузил, что ли?
Слава богу, везли не в тюрьму. Это и правда был военкомат, его недавно тут обустроили, ранее это здание являлось богадельней. Вертухаи ещё больше осмелели, когда оказались в привычном для себя месте и в компании таких же, наделенных властью. Нас в довольно грубой форме загнали в помещение военкомата и, заперев в одной из комнат, оставили наедине со своими мыслями. Мужиков этих почти всех я знал ранее. Лишь один какой-то незнакомый, остальных видел на сходах, из разных деревень люди.
– Николай, тебя за что? – поинтересовался тот самый, самый возрастной из нас, дядька Игнат, как сам он назвался ещё при нашем первом знакомстве.
– Так в армию, говорят, иди, а я не хочу, хватит, повоевал своё, хочется и на земле спокойно пожить.
