Автор
Юлий Цезарь меняет ход истории, став легендой Древнего Рима. В то время как сенатор Долабелла готовится к суду, намечается конфликт вокруг молодого полководца. Автор исследует малоизвестные эпизоды жизни Цезаря и сражения, которые определили судьбу империи.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Рим – это я. Правдивая история Юлия Цезаря» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Здесь собраны описание, жанры, автор, похожие книги и полный текст для чтения в браузере. После чтения можно перейти к книгам автора, жанровому каталогу или тематическим подборкам.
перейти к чтению Сантьяго Постегильо Легкое чтение Любовные романы Приключения Исторические приключения подборки книг книжные серии
– Ты насмехался надо мной, но суд решил, что мои обвинения убедительнее, а упоминание свидетелей – не ошибка, а дальновидный замысел.
Теперь улыбнулся Цицерон, пусть и несколько развязно.
Лабиен яростно ринулся к спорщикам и встал между ними. Цицерон отступил. Его помощники тоже двинулись вперед, чтобы встретиться с Лабиеном лицом к лицу. Цезарь взял друга за руку и потянул назад. Но он понимал, что одно дело – не ввязываться в драку, а другое – позволить Цицерону публично оскорблять его посреди базилики Семпрония.
– Они выбрали меня, потому что я собрал больше улик против Долабеллы, вот и все, – вызывающе возразил он. – А ты говорил о государственных делах и родственных связях.
Цицерон сделал знак, и его помощники отошли в сторону.
– Нет, дорогой, все было иначе: ты выложил судьям все, что у тебя есть против Долабеллы, и ничего не оставил про запас, как сделал я. Теперь они знают, что у тебя нет достаточно убедительных доказательств, и Гортензий с Коттой легко смогут все опровергнуть. Ты выдал все, что у тебя есть, и не сумеешь застать их врасплох. Ты даже не догадываешься, с кем имеешь дело. Долабелла непобедим. Надеюсь, твои свидетели доживут до суда.
– Что ты имеешь в виду? – насторожился Цезарь.
– Твоя наивность поражает меня. Я имел в виду лишь то, что сказал: я бы хотел, чтобы строитель и жрец явились на суд живыми и невредимыми. Ты ведь и сам некогда пострадал от жестокости Суллы и его приспешников вроде Долабеллы. Должен ли я объяснять, на что способны сенаторы, когда дело доходит до защиты их интересов?
Юлий Цезарь хранил молчание. Возможно, он поступил неправильно, обнародовав имена своих главных свидетелей так рано, но накануне вечером он понял, что у него слишком мало доводов, и упоминание свидетелей казалось единственным выходом. Надо было доказать плебсу, что он хорошо подготовил дело.
Окутавшая их тишина была похожа на плотное облако.
Базилика опустела, остались только Цезарь, Лабиен, Цицерон и двое его помощников.
– Помолчи. Потом поразмыслишь над моими словами, – заявил Цицерон. – Во имя всех богов, быть может, у нас еще есть надежда. – Он сделал глубокий вдох. – Послушай, юный Цезарь, я хочу дать тебе совет. Я дам его тебе, ибо мне не нравятся такие, как Долабелла, и я считаю, что пора положить конец продажности, которая подрывает основы римского государства и может отнять у нас будущее. А ты, хорошенько подумав, сумеешь правильно истолковать мои слова.
