Но меня просто выбешивает то, что женщины в спортивной журналистике продолжают сталкиваться с враждебностью и секситским поведением, хотя они просто пытаются делать свою работу – точно так же, как и их коллеги-мужчины.
– Бренна! Привет! – Миша, помощник режиссера, с которым я познакомилась на прошлой неделе, встречает меня у лифта. – Ты вернулась!
– Вернулась, – криво усмехаюсь я.
– Похоже, за хорошими новостями?
– К несчастью, нет. Мистер Малдер попросил меня приехать сюда, чтобы сказать в лицо, что я им не подхожу.
– Ой, прости. Хреново. – Он качает головой, явно разочарованный. – Я был бы рад работать с тобой.
– Да ладно. Уверена, новые стажеры – отличные ребята.
– Может быть. Но как по мне, Малдер многое потерял, не взяв тебя.
– Можешь смело сказать ему об этом. – Когда двери лифта открываются, я касаюсь его руки. – Приятно было познакомиться, Миша.
– Приятно было познакомиться, Бренна.
Стоит мне оказаться одной в лифте, как моя улыбка тут же исчезает. На глаза наворачиваются слезы, но я приказываю себе не плакать. Нельзя плакать. Это всего лишь стажировка. Уверена, что летом смогу найти работенку на какой-нибудь местной теле- или радиостанции, а осенью снова попробую подать заявку в «ХокиНет», а может даже, отыщется местечко и получше. Это еще не конец света.
Но, черт подери, как же сильно мне хотелось пройти именно эту стажировку!
Дрожащими пальцами я вытаскиваю из сумки телефон. Нужно вызвать такси, чтобы доехать до вокзала. Но тут я вспоминаю о вчерашнем сообщении Джейка, в котором он уговаривал меня позвонить ему.
Звонить ему, наверное, ужасная идея.
Но я все равно это делаю.
– Вау! Ты снова со мной разговариваешь, – говорит мне Джейк, когда мы встречаемся двадцать минут спустя. – И чем я это заслужил?
Но я сейчас в таком подавленном состоянии, что даже не могу придумать никакого саркастического ответа.
– Меня не взяли на стажировку, – бесцветным голосом говорю я. – Малдер выбрал трех парней с пенисами.
– Вместо того, чтобы взять парней без пенисов? – Джейк улыбается, но тут же становится серьезным. – Прости, красотка. Хреново, что ж.
Он тянется, чтобы коснуться меня, но, передумав, опускает руку.
Мы стоим на ступеньках перед главным входом в хоккейный центр Брайт-Ландри, и это кажется мне неслыханным кощунством. Слава богу, поблизости нет никого из его команды. Когда я позвонила ему, он собирался посмотреть записи игры, хотя тренировки уже давно закончились. Вот это самоотдача! Но как бы я ни восхищалась его преданностью делу, это означало, что мне придется встретиться с ним в центре, а не у него дома. Хотя дома было бы гораздо предпочтительнее.