Маленькая гостиница, все очень респектабельно…
Очарование Аурэла Чорбу растаяло, как звуки вальса «Дунайские волны». Хороша же я буду; если вернусь на Крестовский, в ту самую мышеловку, из которой едва выскочила. А уже знакомым охранникам останется только завести мне руки за спину и сдать гиене из ФСБ Лемешонку, как довольно остроумно заметила Монтесума…
— Гостиница на Крестовском? — Я с хрустом доела яблоко и прополоскала рот коллекционной «Изабеллой». — Не та ли гостиница, в которой недавно укокошили известного виолончелиста?
— Та самая, — с готовностью подтвердил Чорбу. — А вы откуда знаете?
— Там не так много гостиниц. И потом, я ведь журналистка. А журналистам хорошо известен этот прискорбный инцидент.
— Да какая разница! Мы же не понятыми туда поедем. Вы будете моей гостьей..
Гостьей я уже была и хорошо помнила, чем это кончилось.
— Другого раза не будет. Через три дня я уезжаю к себе в Кишинев.
— А что там вообще произошло, в гостинице? — Я самым топорным образом подталкивала Аурэла Чорбу к нужной теме.
— Я не вдавался в подробности. Хотя они довольно пикантные. Его убила женщина.
— Да, я читала об этом.
— Должно быть, из-за неразделенной любви, — добавил молдаванин, слегка шевеля меланхоличными усами. — Все преступления в мире совершаются женщинами и только из-за неразделенной любви. В меня самого стреляли три раза.
— Что вы говорите! — изумилась я. — И кто?
— Женщины, на которых я не женился. Они очень переживали.
— Но в конечном счете…
— В конечном счете я пользуюсь услугами проституток. Хоть эти не требуют обручального кольца на палец. — Как и всякий большой поэт, Аурэл Чорбу был предельно циничен. — Десять лет я общаюсь только с блудницами. Но сегодня… Вы такая невинная…
Я едва не рухнула с дивана, Пошеруди рогами, бедняжка Аурэл, тоже, нашел Орлеанскую девственницу!..
— Ну так как? — подстегнул меня Чорбу. — Поедем на Крестовский?
— Я перестану быть невинной, если соглашусь поехать с вами сегодня, после двух часов знакомства, — резонно заметила я.
— А после, например, трех? Или пяти? — Он стремительно повышал ставки.
— Ненавижу гостиницы VIP-класса. Ненавижу охранников…
— Ну, положим, охранники у нас тише воды ниже травы — после того, как произошел тот самый, как вы говорите, «прискорбный инцидент», их всех заменили… Да и зайдем-то мы не через центральный ход… Никто не увидит.
— Не через центральный? Никто не увидит?! — изумление мое было неподдельным. — Разве такое возможно?
Я затолкала в глотку очередную порцию «Изабеллы» и глубоко задумалась. Аурэл Чорбу, сам того не подозревая, открывал передо мной невиданную перспективу: вернуться на место преступления и еще раз посмотреть на все — теперь уже другими глазами.