Слава богу! Поехали дальше.
Я столько раз имитировала оргазм в койке, что сымитировать праведный гнев в жизни мне не составило особого труда:
— Он воспользовался тем, что неуязвим, что защищен своим именем… Я не могла больше ждать, я хотела взглянуть ему в глаза…
— Здорово! — искренне одобрил мой пафос Сергуня. — Суд тебе поверит. Вот только у Аллы Кодриной ни когда не было сестры.
У меня отвисла челюсть. Какая осведомленность, надо же!
— Как это не было? А я?
— Не знаю. Брат у нее есть, это точно. Филипп Кодрин, сотрудник Эрмитажа. Я собрал все, что было по этому делу. И Варвара Сулейменова нигде не упоминается. Извини.
— Значит, не все собрал. Ее отец был женат вторым браком. — Я была искренне убеждена, что каждый нормальный мужчина женится как минимум дважды, не говоря уже о постоянных ходках налево.
Я попала в точку, и Сергуня озадачился.
— Так глубоко я не копал.
— А надо бы. Мы сводные сестры.
— Теперь понятно… — Он снова потянулся к денатурату. — Что будем делать?
— Ты должен помочь мне…
— В обмен на эксклюзивное интервью. Я расскажу тебе все, что знаю… Все подробности. Лучшего материала у тебя в жизни не будет. Представь заголовок: «Убийца звезды мировой величины». А полнотой информации будешь обладать только ты.
— Заметано. — Не дожидаясь меня, он опрокинул стопарик. — А ты чего не пьешь?
— Дрянная у тебя водка.
— Сама виновата. Я предлагал кьянти.
— Кьянти с утра?.. Ты ведь крутишься возле этого дела, да? Возле следователей и прочих тварей. Буду тебе признательна, если ты введешь меня в курс дела.
Сергуня кивнул, влюбленно глядя на меня. А потом перевел взгляд на допотопный будильник и подскочил как ужаленный.
— Блин! Что же я сижу?! У меня встреча через сорок минут!
Он ухватил джинсы, по-солдатски заправил в штанины худые ноги, а потом встал на четвереньки и достал из-под дивана пару стоячих носков. На носки налипли пыль и тополиный пух, и Сергуня заколебался.
— Как думаешь, еще годятся? — спросил он и сунул свои чертовы портянки мне прямо под нос. От ни с чем не сравнимого запаха козлятины меня едва не вывернуло.
— Разок еще можешь надеть, — с трудом сдержавшись, просипела я.
— Слово женщины — закон!
Через две минуты Сергуня был полностью экипирован.
— Надеюсь, ты меня дождешься, — сказал он, прежде чем выйти из комнаты.
— Там есть пельмени. Вчерашние. И батон. Буду во второй половине дня…
Я поднялась с дивана, осторожно приблизилась к репортеру и ухватила его за ремень.