Но все остальное… Нужно расспросить у Синенко о гостиничных постояльцах, быть может, здесь меня ожидает что-то любопытное…
Я налила себе виски, чокнулась с бутылкой и шепотом произнесла: «Разузнать у Сергуни подробности о проживающих в гостинице».
Покончив с логовом на Крестовском, я перешла к убийству Стаса. И чем больше я о нем думала, тем более нелепым оно мне казалось. Ну, не то чтобы совсем нелепым, — я просто искала связь со смертью Олева Киви. Искала — и не находила. А ведь они стояли слишком близко, оба эти убийства, — слишком близко для того, чтобы не попытаться их связать. Стасевичу почему-то до зарезу понадобился виолончелист, и по странному стечению обстоятельств виолончелиста убивают. А может, он понадобился не Стасу, а кому-то другому? Тому, кто использовал Стаса, указал, как подобраться к Киви, вручил ему перстень и фотографию…
Господи, что дурного я сделала, чтобы заслужить это?!
Лучше бы я лежала где-нибудь в тихой заводи, раздвинув ноги, как лягушка, господи…
Или ты решил отвратить меня от публично осуждаемых занятий таким варварским способом? Если да, то у тебя получилось. Ты преуспел, поздравляю…
И старуху-домработницу ты подсунул мне вовремя, и консьержка баба Люба оказалась на своем боевом посту в масть. Она отметила время моего визита и с радостью об этом донесла. Вот только лифт, которого я так и не дождалась…
Я хлопнула еще — на этот раз текилы — и принялась будить Сергуню. Мои старания увенчались успехом только через двадцать минут. Несколько мгновений он смотрел на меня бессмысленными глазами, потом пришла радость узнавания.
— Ты здесь, — утробным голосом произнес он и коснулся пальцами моей щеки.
— А где же мне еще быть?
— Голова раскалывается…
Плеснув в стопку текилы, отдающей банальным деревенским самогоном, я почти насильно влила ее в глотку Сергуни. Ему сразу же полегчало.
— Какая ты красивая… Можно я тебя поцелую? Целовать убийцу — в этом есть свой шарм, не говоря уже о том, что описание этого поцелуя займет несколько машинописных страниц.
— В обмен на информацию, — тут же начала торг я.
— Мне нужно знать, кто еще, кроме Олева, проживал в гостинице.
— Пока ты спал, я кое-что проанализировала…
До сих пор я анализировала только состояние своего здоровья, раз в полгода проверяясь на СПИД. Но само слово «проанализировала» сразу же возвысило меня в собственных глазах. И в глазах Сергуни тоже. Он напрягся и сделал стойку «верный спаниель».
— Я кое-что проанализировала, — с апломбом продолжила я.